7yaFedun 
Нейросети против биомассы
Интеллектуальная история человечества всегда описывалась через конфликт «продвинутого меньшинства» и «косного большинства». Но текущий момент уникален: впервые разрыв между ними перешел из плоскости идей в плоскость антропологии. Речь не о том, что массы не читают толстые книги. Речь о том, что массы и интеллектуалы перестают принадлежать к одному когнитивному виду.
Долгое время существовала иллюзия, что интеллектуалы «оторвались от реальности», увлекшись абстрактными построениями. Этот тезис активно эксплуатировался популистами всех мастей. Однако текущая ситуация показывает обратную картину — именно интеллектуальный класс, прежде всего его технологический авангард, демонстрирует беспрецедентно прагматичный подход к реальности, в то время как массы застряли в семантическом и концептуальном прошлом.
Операционный контроль вместо диалога и дискуссий
Пожалуй, ничто за последнее время так не цепляло, как манифест Palantir… Поразмышляем в порядке дискуссии об интеллектуалах Кремневой долины, которых нередко, и не без основания, именуют технофашистами.
В прежние эпохи, будь то век Просвещения или модерн, самые сложные построения мыслителей — от Канта до русского космизма (Вернадский, Циолковский и др.) — существовали в едином понятийном поле с массовым сознанием. Спорили о человеке, о его месте в мире, о его душе и его правах. Даже нигилизм оставался диалогом с традицией.
Сегодня этот диалог разорван. Такие фигуры, как Питер Тиль или Алекс Карп (см. манифест Palantir), представляют собой не «оторванных от жизни философов», а операторов новой реальности. Они не занимаются интерпретацией мира в классическом смысле — они занимаются его инжинирингом.
Их «философия» — постгуманизм, трансгуманизм — уже не блажь высоколобых, а рабочая документация к проекту будущего. И здесь главный парадокс. С одной стороны, интеллектуалы сегодня никогда не были так близки к обретению прямого аппаратного контроля над обществом, с другой — их дискурс стал тотально чужд большинству.
С их точки зрения массы остались в прошлом веке, причем не в его конце, а где-то в середине. Массовое сознание продолжает интерпретировать мир через исторические аналогии. Оно ищет новые «империи», новые «перестройки», новую «холодную войну». Оно требует от политиков решения проблем индустриальной эпохи и малых городов, не замечая, что сам субъект этих требований — «человек экономический» или «человек социальный» — стремительно растворяется.
Да, для обычного человека постгуманизм — сюжет фантастического фильма, а не стратегия развития общества, антигуманизм — ругательство, а не описание архитектуры цифровых платформ. Но пока массы спорят о распределении ресурсов в рамках отдельных государств, технологический авангард уже решает вопрос о необязательности присутствия человека в цепочке принятия ключевых для цивилизации решений. Но и это пока — цветочки…
Разрыв контура
Ключевой момент наступит, когда технологические интеллектуалы начнут физическую трансформацию — киборгизацию, интеграцию с ИИ, генетическую модификацию. Причём, это не сценарий далёкого будущего, а вопрос ближайших десятилетий для узкой, но влиятельной страты, имеющей доступ к капиталу, технологиям, политике и военной сфере.
Как только техноэлита перестанет разделять с массой фундаментальные биологические ограничения (болезни, старение, скорость обработки информации), исчезнет последняя причина для демократических процедур.
Демократия, даже в ее нынешнем декоративном виде, базируется всё же на принципе равенства человеческой природы. Но если одна часть общества апгрейдится, а другая остаётся «архаической моделью», сама идея соотносить решения «продвинутых версий» с мнением «устаревшего ПО» станет техническим и логическим абсурдом!
Сегодня мы наблюдаем вовсе не «разрыв элит и народа», о котором любят говорить политтехнологи, чей авторитет сложился в 90-х. Мы наблюдаем процесс видообразования.
Пропасть между теми, кто пишет код реальности, и теми, кто потребляет его упрощенные интерфейсы, растет быстрее, чем способность системы образования ее засыпать. В этой гонке у большинства мало шансов: массы всё еще пытаются понять правила вчерашней игры, в то время как судьи уже покинули стадион. И главный разговор, который откладывается на позавчера — традиции, устои, мораль, взгляды, идеалы — всё то, что составляет костяк цивилизации и суть общества.