Башкирско-мещерякское войско

Башкирские воины на рисунках А.О. Орловского

В 1798 г. среди иррегулярных войск Оренбургского края была введена кантонная система управления, просуществовавшая до 1865 г. Кантоны были образованы среди оренбургских (5 кантонов), уральских казаков (2 кантона), с авропольских калмыков (1 кантон), башкир (первоначально 11 кантонов) и мишарей (первоначально 5 кантонов).

Для усиления контроля и опеки над башкирским и мишарским населением, в 1830-е гг. по инициативе В.А. Перовского (1833–1842, 1851–1857 гг. – генерал-губернатор) были созданы контролирующие промежуточные звенья в управлении. Наряду с командующим Башкиро-мещерякским войском, его канцелярией и стряпчими, учреждались попечительства.

Последние напрямую подчинялись командующему войском. В их обязанности входило наблюдение за выполнением предписаний губернских властей и несением повинностей в административных единицах; проведение при нарядах медицинского осмотра лиц, числящихся отставными или неспособными к службе, медицинское освидетельствование «малолетков»; присутствие при выборе чиновников по управлению кантонами; наблюдение за земледельческими занятиями населения, строительством запасных и семенных магазинов и контроль хранящихся в них хлебных запасах; ведение следственных и судебных дел по преступлениям и кражам в пределах вверенных им кантонов (с 1841 г. не превышающим 15 руб. сер. , с 1854 г. – 30 руб. сер. ); проверка делопроизводства (шнуровые книги, переписки, следственные дела, отчёты) кантонных начальников, их помощников и юртовых старшин. С 1853 г. попечители должны были свидетельствовать сделки башкир с частными лицами .

Первоначально жалованье попечителям выплачивалось от казны в соответствии с чинами штаб-офицеров, но уже с 1837 г. оно производилось из сумм Башкиро-мещерякского войска . Кроме этого, предусматривались выплаты попечителям «столовых» в 1500 руб. ассигнациями в год, «на разъезды» по 650 руб. асс., на канцелярские расходы по 200 руб. асс. в год. При каждом попечителе закреплялся переводчик с жалованьем 250 руб. асс. в год и писарь (150 руб. асс. в год) . Попечители были обязаны вести «путевые журналы», где записывались их передвижения по кантонам и проделанная работа. Изначально попечительств было пять, но уже по штату утверждённому 30 мая 1836 г. их количество возросло до шести.

Рассмотрим личность одного из попечителей башкирских кантонов – Ивана Ивановича Филатова. Он родился в 1811 г., выходец из казаков Оренбургской губернии. Филатов поступил на службу в июне 1829 г., а уже в декабре того же года был назначен писарем в Оренбургскую войсковую канцелярию. С 5 октября 1831 г. по 31 мая 1835 г. служил писарем в управлении командующего Оренбургским казачьим войском. В 1831 г. – урядник, 1833 г. – зауряд-хорунжий. В 1835 г. «по воле начальства» поступил на службу писарем к командующему Башкиро-мещерякским войском (1836 г. – зауряд-сотник, 1838 г. –хорунжий в возрасте 27 лет).

С 17 ноября 1839 г. по 6 июня 1840 г. в составе отряда участвовал в походе на Хиву, за что получил «высочайшее благоволение» и 35 руб. сер. После возвращения вновь поступил к командующему Башкиро-мещерякским войском. В октябре 1840 г. стал сотником. В 1843 г. участвовал в подавлении бунтовавших крестьян Челябинского уезда, за что получил «монаршее благоволение в числе прочих офицеров». В апреле 1844 г. за отличную усердную службу снова удостоился монаршего благоволения, а в июне того же года – чина есаула. С 6 ноября по 20 декабря 1846 г. исправлял должность чиновника особых поручений при командующем Башкиро-мещерякского войска. С мая по август 1847 г. находился в киргизской степи для возведения 3-го укрепления.

В январе 1848 г. Филатов стал войсковым старшиной, а в сентябре – занял должность попечителя 7 и 10 башкирских кантонов (утверждён в этой должности в марте 1849 г.). В 1852 г. был назначен чиновником для особых поручений к командующему Башкиро-мещерякского войска, в 1853 г. – подполковник. К 1863 г. Иван Иванович Филатов находился с тем же званием уже вне службы.

Филатов был кавалером ордена Св. Анны 2 ст., читать и писать умел, по некоторым данным «окончил частное учебное заведение» . Был женат два раза. Первой его женой стала дочь сотника Александра Николаевна. Рано овдовев, остался с двумя дочерьми – Любовью (1841 г. р.) и Татьяной (1845 г. р.). В скором времени женится во второй раз на дочери полковника Уральского казачьего войска – Надежде Ивановне Бородиной. К 1858 г. в формулярном списке у него значились дети от второго брака – Павел (1851 г. р.) и Ольга (1856 г. р.) . В собственности Филатова указан деревянный дом в станице Оренбургской, оставшийся от родителей.

Неординарность фигуры Филатова проявилась ещё в годы управления краем военным губернатором В.А. Обручевым (1842–1851 гг.) и командования Башкиро-мещерякским войском Г.В. Жуковским (1845–1848 гг.). Политика В.А. Обручева по отношению к башкирскому населению заключалась в поддержании курса по переводу башкир и мишарей в податное состояние. Ещё при В.А. Перовском, по указу от 21 января 1837 г. было «велено обращать в податное состояние тех башкир и мишарей, которые вводимый в их войске порядок и устройство сочтут для себя тягостным и обременительным» . Граф Перовский за годы своего правления обложил сбором 6849 душ населения. Его преемник В.А. Обручев обратил в податное состоние в 1842 г. 1-й башкирский кантон в числе 6849 душ , в 1843 г. – 10-й башкирский и 4-й мишарский кантоны в числе 30 750 душ, а в 1844 г. – 38 807 душ . К концу 1840-х гг. кантоны были разделены на служащие и неслужащие. Последние были освобождены от несения военной службы, но продолжали оставаться под военным управлением и были обложены денежным сбором, составлявшим по 3 руб. сер. с каждого служащего и по 1 руб. сер. с отставного казака и «малолетка» .

Обручев предпочитал использовать башкир в работах при строительстве крепостей, вырубке леса и его сплава. Кроме этого, он пытался внедрить в короткие сроки среди народа земледелие . Данная политика осуществлялась через командующего Башкиро-мещерякским войском Г.В. Жуковского, который требовал от башкир прекращения кочёвок, ввёл обязательный сев хлеба, заготовку сена для скота на зимнее время. Также приняли указ о перестройке деревень по плану с образованием улиц и переулков. Генерал-майор И.В. Чернов в своих мемуарах писал: «Письменные указания не оставались на бумаге, исполнителем на месте был чиновник особых поручений Жуковского войсковой старшина Ив. Ив. Филатов. Зная хорошо язык башкир, сам объяснял им распоряжение начальства и сам тут же требовал исполнения всего на деле, строго наказывая виновных в ослушании.

Строгость Филатова огласилась повсюду, избегнуть виновному наказания было невозможно: Филатов подъезжал к деревне верхом, или на простой тележке, в каких ездят, как говорили мне, ваши муллы, т. е. священники, чтобы внезапно застать народ и видеть, чем занимается народ. По приезде ходил по дворам и горе тому хозяину, который держал свое небрежно и женский пол сидел праздно и не ткал холста или сукна для одежды. Скорая расправа производилась тут же и мало уважались личности. Был ли это заурядный лентяй или заботливый хозяин тот и другой одинаково подвергались наказанию. При въезде, как только замечалось, что башкиры, каждый по-своему двор подметает или очищает хлева, бабы ставили станки и сидели за тканьем или пряжей» .

Положение не изменилось и после занятия Филатовым должности попечителя: «Башкиры услышав, что строгий их попечитель Филатов, или как они говорили «Пилят» («Пилятка») находится близко, принимались пахать кое-как землю и бросать семена, хлопотали около домов. Но как только Филатов уезжал из деревни, всё это бросалось – поле и дома, и с наступлением тёплого времени все уходили на кочёвку, которая никогда положительно не воспрещалась, больше семейные и богатые посылали рабочих косить и готовить сено, но разве мыслимо на несколько сот и даже десятков приготовить на всю зиму сено, конечно, работали для виду, показать, что народ слушает начальство» .

Историк А.З. Асфандияров в своих работах писал о Филатове как о строгом и жестоком человеке, собственноручно наказывающим башкир в любой деревне подведомственных ему кантонов. Опасаясь внезапного появления попечителя, жители аулов выставляли днём на минаретах мечетей караульных. По их крику, означающему приближение Филатова, все жители, чтобы избежать наказания, «кидались на работу – во дворы, огороды». Замеченных в нерадении он подвергал «генеральной порке» .

В то же время сохранилось письмо от башкир, посвящённое именно этому чиновнику, в котором раскрывается личность и деятельность Филатова по другому. Хотя вопрос о заказном характере письма остаётся открытым.

О Филатове юртовый старшина и сельский заседатель 7-го башкирского кантона д. Абзаково М. Кусянов писал: «наградили Башкирцев таким попечителем, который, в самое короткое время пробудив их от свойственной кочевому народу лености и довольно водворив сельское хозяйство, много отвратил их от хищничества, давно обратившегося в ремесло [что] ни земская полиция, ни кантонное управление преследовать и уничтожить не могли… Бывало как кантонный войдет в какую-нибудь деревню по делам, то правый и виноватый несут обычную дань, а ныне, как наступил Филатов, всё прекращается. А если же и бывает, то лишь во время отлучки этого бесценного попечителя из 7-го в 10-й кантон. Род действий Филатова отличается, конечно, тем, что он смотрит на каждый предмет, подлежащий его заведыванию, беспристрастно. Попался ли ему вор или ленивец, он его беспощадно наказывает, отличился ли кто по службе или хозяйству, он отличает того и уважает. Кто в бедности не находит случая поправиться, он дает ему по отечески наставление и находит возможный случай к приобретению. Прежде бывало как попадется кто в воровстве или каком другом порочном деле, то начальство оборвет его до нищеты, но привычка порока не искоренится, и так после того разоренный вынужден находиться добывать себе содержание опять прежним ремеслом порока. Господин Филатов же в беспристрастности своем преследовании пороков, не только не берет подарков, но даже подвергает строгому наказанию тех, кто это ему предложит. Итак, примерами благородной строгости он приобрел такое уважение от Башкирцев 7-го кантона, что имя его будет переходить из рода в род башкирских поколений».

Вероятнее всего, Филатов был на хорошем счету в глазах руководства, благодаря чёткому и строгому исполнению указаний. В отчете Г.В. Жуковского за 1845 г. неоднократно отмечалась безукоризненная работа чиновника .

«Преданность» начальству Филатова и признание его заслуг руководством края проявились во время конфликта между военным губернатором Обручевым и заменившим Г.В. Жуковского на посту командующего Башкиро-мещерякского войска Н.П. Беклемишевым (1849–1850 гг.).

После назначения на должность командующего Беклемишев отправился с инспекторским осмотром по управляемым территориям, составив по итогам ревизии два отчёта. Второй из них, написанный в ноябре 1850 г., вызвал возмущение В.А. Обручева и в итоге послужил впоследствии причиной отъезда Беклемишева из Оренбургского края. Свой скандальный отчёт командующий войском писал на основе данных, собранных при самостоятельной поездке (без участия чиновников Оренбурга, кантонов и юрт) по башкирским и мишарским кантонам летом 1850 г. В частности, им были проинспектированы 4-й, 5-й, 6-й, 7-й, 8-й, 9-й, 10-й и 13-й башкирские, а также 1-й, 2-й, 3-й и 4-й мишарские административные единицы, а также конный и пчелиный заводы войска. Беклемишев очень ответственно отнёсся к данному поручению и даже пытался освоить башкирский язык.

В отчёте командующий войском писал о трудностях башкир в службе и денежных сборах. Беклемишев считал, что наряд на службу башкир за последние годы стал непомерно высок, к тому же чаще всего казаков отправляли в рабочие команды на строительство дорог и крепостей, что само по себе унижало достоинство «азиатов». Также им отмечалась трудность в переходе башкир от скотоводства к земледелию через насильственные меры, особенно в 7-м и 10-м башкирских кантонах. «Люди беднели, но их всё равно заставляли сеять и покупать рожь. И я не решился прибегнуть к наказаниям», – писал командующий военному губернатору.

Причины бедности он видел в желании быстрого обращения народа к хлебопашеству, нарядах на службу и неурожаях несколько лет подряд.

Выводы Беклемишева в отчёте сводились к тому, что у башкир была излишне обременительная служба, сопряжённая с насильственными изменениями их образа жизни, связанными с желанием правительства в кратчайшие сроки перестроить сёла по новым планам, запрещением кочёвок и чувалов (с заменой их неудобными для башкир голландскими печами), обращением народа к хлебопашеству .

Все описанные и предложенные Беклемишевым меры полностью противоречили мировоззрению генерал-губернатора Обручева, отрицавшего сложность пограничной службы башкир и считавшего, что они «не более других иррегулярных войск обременены службой» . Хотя, по мнению современников и историков, деятельность Обручева привела в действительности к разорению башкир, что послужило затем поводом к удалению военного губернатора из края. Но ранее разногласия между командующим Башкиро-мещерякским войском и военным губернатором привели к отъезду Беклемишева из Оренбургской губернии. В апреле 1850 г. он уехал в отпуск, после чего перешел на должность командира в Харьковский уланский полк, где в 1853 г. получил чин генерал-майора.

В своих отчётах военному губернатору Беклемишев неоднократно подчёркивал, что Филатов ему не подчинялся, доносил и выставлял командующего в неприглядном свете перед начальством. В отчёте часто встречались фразы: «Хотя Войсковой Старшина Филатов в опровержение многократных моих докладов и донесений», «Хотя и осмелился Войсковой Старшина Филатов доложить Вашему Высокопревосходительству», «Войсковой Старшина Филатов при многих его достоинствах и отличных способностях для службы, далеко не имеет в конно-заводстве достаточно основательных познаний и достаточной опытности для того, чтоб с твердою уверенностию опровергать и даже судить о моих распоряжениях по этому предмету», «Хотя Войсковой Старшина Филатов и осмелился доложить Вашему Высокопревосходительству». Складывается мнение, что Филатов считал себя в праве докладывать обо всех делах своего прямого начальника военному губернатору. В свою очередь, видно, что Обручев поощрял это. Например, разбор жалобы населения на Филатова дали разбирать не Беклемишеву, как прямому начальнику, а его подчинённому ротмистру Бородовицыну , видимо защищая и оберегая попечителя от действий командующего войском.

Чиновник Филатов прошёл весь свой воинский путь в родном Оренбургском крае. Усердием и точностью выполнения приказов он «пришёлся ко двору» при военном губернаторе Обручеве. Вполне вероятно, что свою роль сыграла схожесть их взглядов по отношению к вопросу о башкирском народе.

Поведение И.И. Филатова, его честолюбие, показательно рьяное отношение к делу, низкопоклонство высшему губернскому начальству, исполнительность позволило чиновнику достаточно быстро подниматься по карьерной лестнице, но в то же время жестокость и некий деспотизм по отношению к башкирам глубоко остались в памяти народа.

Автор: Л.Ф. Тагирова. Чиновник Башкиро-мещерякского войска – И.И. Филатов. — Река времени 2014. Уфа, 2014.