Публикуем рецензию российского историка религии и исламоведа Р.А. Силантьева на энциклопедический словарь «Ислам в Башкортостане» — Москва, ИД «Медина», 2023 г., 226 с. с ил. Серия «Ислам в Российской Федерации», выпуск IX. Главный редактор Д.В. Мухетдинов
«Завтра в Уфе состоится презентация энциклопедического словаря «Ислам в Башкортостане». Выход книги ожидался в научном и богословском сообществе несколько лет. Труд представляет собой первую комплексную научную работу, которая исследует все стороны распространения и развития ислама и мусульман на территории современной республики», — писали СМИ 14 ноября 2017 года и эта информация действительно заинтересовала специалистов.
Правда, словарь они увидели только издалека и ознакомится с его содержанием не смогли.
Следующая презентация словаря прошла через целых пять лет в Москве, 2 ноября 2022 года, а реально вышел и окончательно презентован он был только 14 июня 2023 года. Не так давно автор рецензии смог добыть экземпляр столь долгожданного труда и составить о нем личное впечатление, как ранее составлял о других словарях этой серии.
Сразу отметим, что девятая попытка коллектива авторов под руководством Дамира Мухетдинова и эгидой ДУМ РФ внести вклад в отечественное исламоведение оказалась даже хуже восьми предыдущих.
В первую очередь удивляет мизерный объем словаря — из 226 заявленных страниц статьи содержат только 166, а значительную часть остальных зачем-то занимает перечисление статей предыдущих восьми словарей. Эта на первый взгляд бессмысленная практика призвана хоть как-то увеличить чрезмерно скромный размер тома.
К примеру, энциклопедический словарь «Ислам в Москве» 2008 года выпуска насчитывает 320 страниц, хотя в столице насчитывается шесть мечетей, а в Башкортостане — хорошо за полторы тысячи. И это типичная для серии тенденция — первый в серии «Ислам на Нижегородчине» имеет 207 страниц, но фактически он больше башкорстостанского из-за отсутствия вышеупомянутых приложений с перечислением статей.
В конце словаря указаны десятки его авторов, которые упоминаются в не в алфавитном порядке по фамилиям, а по инициалам или ФИО, которые потом расшифровываются с указанием научных степеней и должностей. Или же не расшифровываются.
Выглядит это так: «А.Х. — Айдар Юрьевич Хабутдинов, профессор, д.и.н.; Г.Б. Фаизов — Гали Биктемирович Фаизов, бывший работник Администрации Президента (Главы) Республики Башкортостан, к. философ. н., ныне пенсионер». А вот регалии Диляры Усмановой, к.и.н. из Казани, и ее коллеги-историка Дениса Денисова из Оренбурга указывать почему-то не стали. В разделе об авторах особенно поражает фраза «Г.Н. Гарустович — Геннадий Николаевич Гарустович, бывший старший научный сотрудник ИИЯЛ УНЦ РАН, к.и.н. (к сожалению, его уже нет в живых»).
О таком способе отметить скончавшегося до выхода книги автора как черная рамка издатели словаря явно не в курсе.
Данная рецензия на словарь, конечно, стала не первой. В 2023 году его попытался проанализировать социолог Р.Р. Галлямов, который сформулировал ряд замечаний.
«Во-первых, количественный анализ текстов статей показывает, что в словаре явно и неоправданно преобладают исторические сюжеты и персоналии дореволюционной эпохи, в том числе не имевшие определяющего значения в развитии мусульманских конфессиональных элит. Это приводит к некоторой перегрузке словаря статьями о дореволюционных мугаллимах и религиозных деятелях», — пишет Галлямов.
И «некоторой перегрузке» это мягко говоря.
В очередной раз мы можем наблюдать, как для увеличения объема в словарь вставляются разделы из труда муфтия Ризы Фахретдинова «Асар», которые интересны единицам людей. Например, «Шарафутдин б. Сагит аль-Юкали (?-1852). Мусульманский религиозный деятель. Имам и мударрис в д. Юкаликулево Златоустовского у. Оренбургской губернии (ныне Кигинский р-н РБ). Учителя — Абдулла б. Яхья ал-Чиртуши в медресе Мачкары (ныне Кукморский р-н РТ) и шейх Сагъди Вильдан ат-Туйми».
И что дает эта статья? Если стояла задача дать справку по каждому имаму РБ, то она не выполнена и на один процент.
«Во-вторых, в словаре не уделено должного внимания современному исламоведению в Башкортостане в нескольких смыслах.
С одной стороны, отсутствует специальная статья, посвященная описанию современного исламоведения, которое уже само имеет определенную историю в республике, не выявлены его отраслевые направления и этапы развития.
С другой стороны, из числа современных религиозных деятелей республики в словаре описаны только иерархи — муфтии всероссийского и республиканского уровня, отсутствуют статьи о наиболее квалифицированных и влиятельных авторитетах исламского богословия, например, таких как: Р.А. Утябай-Карими, М.М. Галлямов, Р. Л. Саяхов и др. Одновременно следовало бы включить в словарь описание личности и творчества наиболее известных исламоведов, из числа которых только по непосредственно исламской проблематике защищено в постсоветское время 4 докторских и 8 кандидатских диссертаций», — продолжает Галлямов.
Действительно, в словаре нашлось место для дореволюционного врача и статистика Николая Гурвича, который вообще исламом не занимался, но не нашлось для ведущего исследователя ислама в РБ Айслу Юнусовой. Впрочем, и ее современники Д.Д. Азаматов, С.Г. Синенко и особенно Д.М. Абдрахманов, бывший ректор Болгарской исламской академии, а ныне ректор Башкирской академии госслужбы отдельные статьи определенно заслужили.
«В-третьих, к сожалению, в словаре не уделено должного внимания анализу функционирования новейших, в том числе экстремистских направлений, группировок и сект. Эти мусульманские внутриконфессиональные течения в отдельные периоды и на отдельных направлениях играют существенную роль в развитии исламской уммы республики», — резюмирует Галлямов.
Добавим, что внимания ваххабитам и прочим радикальным исламистам в словаре вообще не уделено — единственным томом, где они вообще упоминаются, стал печально известный «Ислам на Северном Кавказе», недавно внесенный в Федеральный список экстремистских материалов.
Соглашаясь с критикой Галлямова, дополним ее другими замечаниями. Так, составители словаря упорно игнорируют не только ваххабитов, но и весь новейший период истории башкортостанской уммы.
Например, большая по меркам словаря (целых пять страниц) статья «История ислама в Башкортостане» последним 35 годам истории ислама в РБ посвящает лишь следующие строки: «В годы перестройки начинается возрождение религиозной жизни в республике. В 1989 г было создано медресе им. Р. Фахретдина, преобразованное в 1999 году в Российский исламский университет ДУМЕС им. Р.Фахретдина. В 1990 году прошел V съезд при ДУМЕС, первый после IV съезда ДУМЕС в 1948 году».
И заканчивается эта статья результатами переписи населения 1989 года без упоминания переписей 2002 и 2010 годов!
Что тут можно сказать?
В 1999 году ДУМЕС уже пять лет как было переименовано в ЦДУМ и в названии университета эта аббревиатура присутствовать не могла. На самом деле до 2003 года это учебное заведение называлось Исламским институтом им. Ризаэтдина Фахреддина, а затем было переименовано в Российский исламский университет ЦДУМ уже без упоминания Фахреддина.
Отдельной статьи этот вуз не удостоился и читателям надо будет догадаться, что искать его описание следует в разделе «Мусульманское образование в современном Башкортостане». Хотя дореволюционная Уфимская татарская учительская школа отдельную статью получила.
Далее поражает культура описания биографий высших духовных лидеров — муфтиев.
В Башкорстостане их было достаточно много, но именно с них и стоило начинать формирование словника персоналий. В итоге мы наблюдаем существенные лакуны — в статье о ЦДУМ упоминается выделенный курсивом муфтий «Г. Исаев», председатель ДУМЕС, но статью о нем вставить забыли.
Нет статей и про муфтиев Башкортостана по линии ЦДУМ — Рамиле Насырове, Мухаммаде Таджуддинове (хотя он в словаре упоминается) и Хамзе Галлямове.
Более того, рецензент долго пытался найти статью о первом российском муфтии Мухаммеджане Гуссейнове (Хусаинове), который в итоге обнаружился в разделе статей на букву «М». Составители словаря исхитрились переврать даже первоначальную фамилию председателя ЦДУМ верховного муфтия Талгата Таджуддина, который был Тазеевым, а не Тазиевым.
Обращают на себя внимание статьи с разнотипными названиями «Участие мусульман в Отечественной войне 1812 года и в заграничных походах русской армии» и «Участие представителей мусульманских народов Российской империи в Первой мировой войне». Очевидно, что их стоило бы переименовать и сузить до участия мусульман именно Башкортостана в современных границах, однако возникает вопрос — а почему забыли описать участие мусульман в Великой отечественной войне?
В других томах такие статьи есть, а в томе, посвященном исламу на северо-западе России, встречается даже такое — «Наступление генерала Л.Г. Корнилова на Петроград: роль мусульман».
В томе «Ислам на Урале» есть множество статей про малоизвестные мечети, включая такую: «Мечеть на территории исправительной колонии №8 (Удмуртия)». И не только в нем.
А вот в томе про Башкортостан можно прочитать только про мечети Уфы (за вычетом, правда, самой крупной — «Ар-Рахим»), хотя и в других городах республики можно найти немало выдающихся примеров мусульманской архитектуры.
И без того небольшой словарь изобилует статьям, которые кочуют из одного тома в другой: «кадимизм», «джадидизм», биографии муфтиев ОМДС-ЦДУМ и мусульманских общественных деятелей, описания мусульманских фракций дореволюционной Госдумы и многое другое. Для увеличения объема сюда зачем-то добавили статьи о медресе Оренбургской и Челябинской областей из тома V «Ислам на Урале».
Все это можно квалифицировать как попытку получить многократную оплату за одну работу.
Главная же претензия к словарю типична для всей их серии — составители категорически не умеют соотносить размер статей с приоритетом описываемых объектов или субъектов.
Вот статья «Духовное управление мусульман Республики Башкортостан» занимает четверть страницы. Но это ведь крупнейшая централизованная религиозная организация республики, которая насчитывает больше общин, нежели Совет муфтиев России (ныне ДУМ РФ), куда она, вопреки утверждению авторов статьи, давно не входит.
А вот статья «Союз безбожников БАССР» в четыре раза больше! В ней не забыли осветить даже бюджет этой богоборческой организации, которая просуществовала всего 12 лет! После такого неудивительно, что верховный муфтий Талгат Таджуддин заслужил лишь половину страницы, а некие «Переводчики и толмачи» — целых полторы.
Резюмируем замечания
1. «Ислам в Башкортостане» в очередной раз демонстрирует полное отсутствие логики составителей и понимания, как вообще формируются энциклопедические словари. Неадекватные размеры статей, грубые фактические ошибки, огромные лакуны давно уже стали неотъемлемым элементом стиля этой серии. И претензии здесь именно к составителям, а не к большинству авторов.
2. Если в первых выпусках энциклопедических словарей Дамира Мухетдинова был ненормальный перекос в сторону новейшей истории (например, можно было встретить статьи «Участие калининградских мусульман в образовательной программе «Толерантность как основа профессиональной культуры», «Открытое письмо мусульманской общественности Президенту РФ В.В. Путину о фактах незаконного судебного преследования исламских активистов в ряде регионов страны» или даже «Раваби – концерт в Москве мусульманской палестинской нашид-группы»), то здесь этой истории почти нет.
Изданная в далеком 1999 году монография Айслу Юнусовой «Ислам в Башкортостане» содержит гораздо более актуальную информацию, чем словарь 2023 года выпуска. И вообще лучше по всем параметрам.
3. Давать в словаре 2023 года выпуска черно-белые иллюстрации крайне низкого качества было откровенно плохой идеей.
Полагаю, что этим словарем теперь должны заняться эксперты другого типа — правоохранительного. Не сомневаюсь, что они сформулируют не меньше критических замечаний.
Автор: Р.А. Силантьев
