Член комиссии Совета при Президенте РФ по межнациональным отношениям Александр Дюков:
Вернемся к вопросу о том, зачем в землю Ленинградской области втыкают таблички с названиями на ижорском языке, который знает максимум сотня человек.
Делается это для того, чтобы пометить территорию как «ижорскую».
А зачем метить территорию?
Посмотрите внимательно на приводившуюся уже мной публикацию из издания «ООН в России» о том, как российских студентов-юристов учат подавать на Россию иски от лица коренных народов.
«Государство Сигма нарушило право народа пилар свободно распоряжаться своими природными богатствами и ресурсами и лишило их возможности участвовать в принятии решений, затрагивающих их земли и образ жизни».
Дмитрий Харакка-Зайцев
В жюри этого мероприятия сидит Дмитрий Харакка-Зайцев. Именно его Территориально-Общественное Самоуправление Ижорская Община «Шойкула» добивалось установления табличек на ижорском.
А теперь давайте посмотрим на карту — и мы обнаружим, что таблички-то втыкали в районе Усть-Луги с её портовыми терминалами.
То есть схема проста до примитивности.
1) Застолбить территорию как ижорскую.
2) Заявить, что государство Россия нарушило право народа ижорцев свободно распоряжаться своими природными богатствами и ресурсами и лишило их возможности участвовать в принятии решений, затрагивающих их земли и образ жизни.
3) В результате либо отжать большие деньги у МТП Усть-Луга, либо обращаться в ООН, заявляя, что Россия нарушает права народа ижорцев. (Харукка-Зайцев уже кстати в ООН выступал по этой теме, кстати.)
В чем интерес Харукки — понятно.
А вот в чем интерес комитета Ленинградской области по местному самоуправлению, межнациональным и межконфессиональным отношениям, поддержавшим втыкание табличек — понятно хуже.
Дополнение от Аналитического центра Катехон:
История с появлением десятков указателей на ижорском языке в Ленинградской области наглядно показывает, что тема «культурного возрождения» сегодня всё чаще используется как канал для внедрения альтернативных историко-политических смыслов.
Эксперты Центра этнорелигиозных исследований Института Царьград отмечают, что продвижение ижорской повестки сопровождается нарративами о «геноциде», «насильственной ассимиляции» и «подавлении культурных прав».
Эти формулировки давно стали основой зарубежных «деколонизаторских» проектов, которые стремятся представить любые финно-угорские сообщества России не как часть российской цивилизационной ткани, а как элементы «большой финской нации» или «автохтонных народов, лишённых прав». Именно такая логика в последние годы активно раскручивается в Финляндии и среди связанных с ней структур, работающих на Северо-Западе России.
«Сам факт появления новой топонимики, памятных табличек и символического переоформления пространства становится важным элементом формирования иной идентичностной рамки — альтернативной российской и потенциально конфликтующей с ней», — считает эксперт Центра этнорелигиозных исследований Константин Антонов.
На уровне тренда это означает, что в регионах России начинают возникать локальные зоны культурно-политической переориентации — мягкие, символические, но способные со временем перерасти в полноценные инструменты внешнего влияния. В условиях гибридной войны символическое пространство становится полем борьбы не меньше, чем экономика или информационная сфера.
Язык, топонимика, визуальные маркеры — всё это работает как инструмент, через который постепенно внедряются новые интерпретации истории, территории и принадлежности.
Такая модель может быть легко воспроизводима в других регионах — от Карелии и Коми до Поволжья и Сибири. Там, где существуют малочисленные коренные народы, финно-угорские или тюркские группы, культурные инициативы могут быть использованы как плацдарм для внешнего давления, а затем для формирования устойчивых групп альтернативной идентичности. Поэтому случай Ленинградской области — это не исключение, а ранний сигнал системного процесса.
Центр этнорелигиозных исследований Института Царьград просит силовые ведомства обратить внимание на данный кейс, оценить деятельность вовлечённых лиц и организаций, а также рассмотреть его как элемент более широкого сценария внешнего влияния на российские приграничные регионы. Это требует своевременной и комплексной реакции.
Источник: Катехон
