Башкиры в Пермском крае

Башкирская семья. Гайнинская дача Осинского уезда Пермской губернии. Фото Сергея Руденко

По данным Всесоюзной переписи населения 1989 года в Пермской области проживают 52,3 тыс. башкир, что почти в два раза больше, чем в Самарской, Саратовской и Курганской областях вместе взятых. Последняя, хотя в ней башкир чуть более 17,5 тыс., считается одним из крупных регионов их компактного проживания и чаще, чем другие края и области Российской Федерации (например, Татарстан, Оренбуржье), попадает в поле зрения исследователей, национально-культурных объединений и обществ.

Около половины пермских башкир (24,9 тыс.) проживает в одном районе — Бардымском, где их больше, чем в Бурзянском — на 11,4 тыс., Зианчуринском — на 7,1 тыс., Белорецком с поселками Верхний Авзян и Инзер — на 6,0 тыс., Хайбуллинском с поселком Бурибай — на 5,0 тыс.

В трех вместе взятых южных районах — Куюргазинском, Мелеузовском и Федоровском — башкир на 5,5 тыс. меньше, чем в одном Бардымском районе. И, наконец, бардымских башкир на 7,5 тыс. больше, чем хантов и манси, которые имеют собственное государственное образование — Ханты-Мансийскую автономную область.

Пермские (бардымские) башкиры

Известно, что пермские (бардымские) башкиры — потомки башкир крупного и древнего племени Гайна. По их преданиям, гайнинцы, выходцы из булгар, в конце XII века «поселились в Уральских горах… по всем местам». В прошлом они занимали обширную территорию в междуречье Камы, Сылвы, Быстрого Таныпа. Тулва была их внутренней рекой, отчего иногда их называют «тулвинскими башкирами».

С конца XVI века гайнинцы вместе с уранскими, енейскими и гарейскими башкирами начали продавать, сдавать в аренду свои вотчинные земли переселенцам из Среднего Поволжья: мишарам, казанским татарам, тептярам-бобылям, русским крестьянам. Вскоре случилось то, чего не ожидали гайнинцы: бывших хозяев стали сгонять со своих вотчинных земель. Вытеснение башкир с особым размахом производилось при подавлении башкирских восстаний XVII—XVIII вв. и строительстве горных заводов.

Многовековые контакты с мишарами, татарами, тептярами, перекрестные браки, общность языков, верований и, наконец, единая природная среда обитания и пребывание в одной административной единице (Осинская дорога, Осинская волость) привели к тому, что часть гайнинских башкир стала идентифицировать себя с татарской диаспорой, обитающей по реке Тулве и в Сылвенско-Иренском поречье.

Башкир с женами в праздничных костюмах. Гайнинская дача Осинского уезда Пермской губернии. Фото Сергея Руденко

В историко-этнографической литературе нередко встречаются слабо аргументированные утверждения о том, что башкир в Южном Прикамье не было и нет. Что тюркоязычное население этого региона — это татары, и язык у них татарский или, как указано в Уральской исторической энциклопедии, изданной Институтом истории и археологии (Екатеринбург, 1998. С.403), «татарский, близкий к мишарскому диалекту».

Среди тех, кто считает пермских (бардымских) башкир татарами, а их язык татарским, к сожалению, есть и наши коллеги из Татарстана. Более десяти лет назад член-корреспондент РАН, академик АН РБ Р.Г. Кузеев писал:

«Сегодняшние попытки углядеть в Западной Башкирии под названиями «башкиры», «татары», «тептяри» только одну единственную общность, а именно татар, являются научным анахронизмом» (Кузеев Р.Г. Межнациональные отношения: история, теория, пути демократического обновления. Уфа, 1990. С. 37-41).

На наш взгляд, не меньшим анахронизмом является и утверждение о том, что язык бардымских башкир — татарский. И это понимают даже школьники. В 1999 году в школах Бардымского района проводился эксперимент с целью изучения, как указано в итоговом документе, «феномена формирования этничности гайнинских башкир». Опрошено 28 учителей и 37 учеников старших классов Бардымской национальной школы-гимназии №1. Все респонденты по официальным документам — башкиры.

Учащиеся в возрасте от 14 до 16 лет на вопрос об их родном языке отвечали: «гайнинские башкиры владеют собственным уникальным языком, схожим по диалекту с татарским, а по словарному составу и с башкирским языками» (см.: Хотинец В.Ю. Этнопсихологический анализ особенностей развития гайнинских башкир. Барда, 1999. С.15).

Как видно, сознание языковой принадлежности раздвоенное, что, в свою очередь, детерминирует бинарность этнического самосознания пермских башкир. Из 28 опрошенных учителей шесть (21%) осознают себя башкирами, девять (32%) — татарами и 12 (43%) — особым народом: гайнинскими татаро-башкирами (один человек — без определенной этнической ориентации).

Ответы учащихся сводились к следующим: 43% старшеклассников считают, что бардымцы отличаются от других народов, что они в равной степени схожи как с башкирами, так и с татарами, 35% в большей степени осознают себя татарами, 11% учеников (4 чел.) считают себя в некоторой степени русскими.

В целом все ученики в определенной мере осознают свою принадлежность к башкирскому народу. Опрошенные учителя с сожалением отмечали, что они не имеют объективной информации о происхождении своего народа, об историческом его прошлом, о духовном и культурном наследии.

В школах Бардымского района в качестве родного языка преподается татарский литературный язык; учебники, учебные пособия, газеты и журналы поступают из Татарстана, который проявляет повышенный интерес к этнокультурной ситуации в Бардымском районе.

При переписи населения 1989 года более 98% бардымских башкир (24,5 тыс. из 24,9 тыс.) назвали родным языком татарский и лишь 378 человек —башкирский язык, что составляет 1,5% башкирского населения района. Между тем по Пермской области в целом этот показатель значительно выше: 28,5%.

Казалось бы, в районе, граничащем с этнической родиной — Башкортостаном, общепризнанном административно-культурном центре всех пермских башкир, должно быть наоборот. К сожалению, реальность другая. Большинство башкир области в целом, Бардымского района в частности, задается вопросом: «Кто мы?» или «Я башкир или все-таки татарин?

В то время, когда башкирская интеллигенция этнической родины занята решением проблем возрождения и развития культур финно-угорских, славянских и иных диаспор в РБ, с берегов великой русской реки увещевают: «Вы — татары и язык у вас — татарский!»

Широким потоком идет так называемая историческая литература, которая вводит людей в заблуждение.

В 1999 году в Бардымском районе работала комплексная научная экспедиция Института истории, языка и литературы УНЦ РАН. Ее участники накопили ценный материал по антропологии, фольклору, языку и традиционным верованиям башкир района, который ныне систематизируется и внимательно изучается и, думается, будет опубликован.

При непосредственном общении с населением убеждаешься, что гайнинские башкиры, несмотря на все перипетии истории как в дореволюционное, так и в наше время, смогли сохранить себя как органическая часть большого этноса, обитавшего от Среднего Поволжья до Тобола и Камы и Сылвы до Илека, они осознают свою принадлежность к башкирскому народу.

Через века они с достоинством пронесли свою самобытную культуру, свой уникальный язык. Однако современная социокультурная реальность не удовлетворяет их естественные запросы: они хотят узнать свое происхождение, свою историю, изучать башкирский язык в школах (при реальной поддержке Башкортостана), обучаться в вузах РБ, смотреть и слушать телерадиопередачи из Уфы.

Результаты уже упомянутого нами эксперимента в Бардымской школе-гимназии изданы в виде отдельной брошюры под названием «Этнопсихологический анализ особенностей развития гайнинских башкир».

В ее заключении говорится: «Перед учеными и государственными деятелями стоит глобальная задача — помочь познать бардымцам объективное историческое прошлое, ознакомиться с объективными этническими ценностями и культурным достоянием своего народа. Поэтому необходима разработка концепции национальной политики Бардымского района Пермской области, включающей в себя концепцию национального образования, учитывающей национальные интересы гайнинских башкир в рамках развития национальной культуры, способствующей развитию самобытности народа, обеспечению потребности современного цивилизованного развития этноса, формированию полноценной человеческой индивидуальности».

Автор М. Мурзабулатов