09Rychkow_2

Статья уфимского историка и краеведа Руфа Игнатьева » Об ученых трудах П.И. Рычкова» напечатана в «Оренбургских губернских ведомостях» в 1869 году. 

Р.Г. Игнатьев  «Об ученых трудах П.И. Рычкова»

Оренбургский Губернский Статистический Комитет в одно из своих заседаний 1867 года поднял вопрос об издании со временем если представится к тому возможность, собрания сочинений известного писателя П.И. Рычкова, учёная и служебная деятельность которого протекла в Оренбургском крае.

Край, для которого наиболее трудился Рычков, автор Оренбургской истории и Оренбургской топографии, лучше не может воздать долг трудам Рычкова, не может воздвигнуть ему лучшего памятника, как изданием его трудов и именно в г. Оренбурге. Труды Рычкова почти всецело посвящены Оренбургскому краю; протекло уже более 150 лет этим трудам, сошло в могилу не одно людское поколение, многое изменилось и должно было измениться, далеко подвинулось со времён Рычкова образование, но и при всём том и теперь не всякий край имеет своего Рычкова, и теперь ещё применимы слова Историографа Миллера о П.И. Рычкове, что «подробное описание России возможно будет только тогда, когда во всякой губернии будет человек искусный и прилежанием подобный Рычкову».

И так, состоится или нет предположение об издании собрания сочинений Рычкова, Оренбургский Статистический Комитет или лучше сказать в лице Комитета образованные люди края во всяком случае заявили уже о своём желании издать Рычкова. Само собою это желание если не осуществится, то единственно по недостатку разве материальных средств, без которых, конечно, не возможно осуществление и самых лучших, образованных честных желаний.
Кто бы ни был издателем Рычкова нам остаётся предварительно собрать все возможные сведения о Рычкове в архивах края, где он потрудился с честию 43 года своей жизни.

Это конечно могут сделать только образованные люди края и наконец потомки Рычкова. Только после этой предварительной работы именно и возможно будет издания трудов Рычкова.
Цель же настоящей заметки перечислить известные, разсеянные в разных повременных изданиях XVIII века и отдельно изданные труды П.И. Рычкова.

Вот это перечисление1:

1) «Переписка между двумя приятелями о комерции» (Ежем. соч. изд: Миллера 1755 г. февраль, стр. 105–122, Апрель стр. 307–338, Декабрь стр. 493–515, 1757 г. Январь стр. 50–60). Статьи эти частию только касаются русской торговли и в том числе азиатской во времена Рычкова только что возраждавшейся в Оренбургском крае.

2) Письмо о земледельчестве в Казанской и Оренбургской губерниях. Ежем. соч. 1758 г. Май, стр: 410–428, Июнь стр. 483–524. Письмо это превосходный факт о состоянии сельского хозяйства в XVIII столетии.

3) История Оренбургская. Ежем. соч. 1759 г., где помещена она во всех книжках исключая Декабрь месяц. Это подробный разсказ о событиях края, начиная со времён Петра 1-го. Интересны здесь факты касающиеся истории средне азиатской торговли, наши с нею дипломатические сношения, в которых лично принимал участие сам автор, как лицо уполномоченное начальством края. Рычков, как известно, был ассесором Оренбургской губернской Канцелярии, на него возлагались многие важные поручения.

4) Описание пещеры, находящейся в Оренбургской губернии при реке Белой. (Ежем: соч. 1760 г. Март 195–220). Эти одни из любопытных описаний Рычкова Оренбургских местностей в топографическом и археологическом отношениях. Пещера эта находится теперь в Оренбургском уезде, близ Преображенского медиплавильного завода.

5) Топография Оренбургской губернии. Две части изданы отдельно и в сочинениях и переводах в 11 книжках, с Января по Декабрь месяц 1761 года, это сочинение прислано было в рукописи автором ещё в 1756 году и «с преизрядными ландкартами» в Академию наук, но остаётся неизвестным почему оно замедлилось изданием до 1762 года и по чему не изданы при Оренбургской Топографии ландкарты, тогда как например все необходимые к пояснению статьи о пещере при р. Белой и чертежи изданы при этой статье в Мартовской книжке ежемесячных сочинений 1760 года? Что касается Топографии Оренбургской губернии, то она нам представляет подробное 1 Перечень трудов П.И. Рычкова, по всей видимости, основан на переработке и дополнении Р.Г. Игнатьевым сведений из критической статьи Н.Б. «Несколько слов о П.И. Рычкове и его сочинениях» (см. том II). Ряд фрагментов этой статьи и группировка работ Рычкова повторяют текст Н.Б. обозрение края в историческом, топографическом, географическом и статистическом отношениях. Ни один современный нам описатель края не может обойтись без ссылки на топографию Рычкова1.

6) Письмо на вопрос (Миллера) о титуле Белого Царя, прилагаемом от азиатских народов Российским Монархам (Ежем: соч. 1763 г. Август, стр. 120–133). Сверх этих сочинений, помещённых Рычковым в Академическом журнале, ему, буттобы, как теперь свидетельствует Академик Г. Пекарский принадлежит несколько переводных статей с немецкого языка.

7) Опыт Казанской истории древних и средних времён. СПБ. 1767. 8. 196 и 51. История Казанская посвящена Рычковым Императрице Екатерине II, которая лично выразила благодарность Рычкову, представленному ей президентом Академии наук Графом Разумовским. Опыт Казанской Истории Рычкова хотя оканчивается повествованием об окончательном покорении Царства Казанского при Грозном, но представляет и несколько исторических сведений о бывшем царстве и после Грозного. Здесь помещён перечень казанских архиереев, краткое описание г. Казани XVIII столетия и сказание о начале Российских жилищ по реке Вятке.

8) Осада Оренбурга (летопись Рычкова) с разными дополнениями напечатана в приложениях к Истории Пугачёвского бунта Пушкина. Рычков был очевидец этой осады, находясь во всё её время в Оренбурге, осаждённом в 1774 году Пугачёвым. Граф Никита Панин приглашал Рычкова в Симбирск и поручил ему описание инородцев Оренбургского края. Описывая как очевидец осаду Оренбурга, Рычков, под влиянием событий описал бунт Разина, которое и вошло в его последнее печатное сочинение изданное в 1774 году в Москве Вольным Российским Собранием при Московском Университете, под заглавием: Введение к Астраханской топографии.

9) Введение к Астраханской топографии, 2 части, на пообие Казанской истории представляет известие об обитавших здесь в древности народах и о покорении царства Астраханского Грозным.

Познания Рычкова были многосторонни. Когда основалось в 1763 году в Петербурге Вольное Экономическое общество, Рычков сделался усерднейшим его сотрудником и вот ряд статей Рычкова в изданиях общества:

1) Опыт о козьей шерсти 1766 г. ч. 2 стр. 63–68.

2) О мануфактурах из хлопчатой бумаги и из верблюжей шерсти (там же стр. 89–101.

3) Дополнение о козьей шерсти 7.3 (изд. 2 стр. 105–115.

4) О медных рудах и минералах, находящихся в Оренбургской губернии 7. 4 стр. 30–65.

5) Опыты винного курения на домашний расход 1767 г. ч. 5 стр. 43–59.

6) О деле юфтей, там же стр. 70–77.

7) О содержании пчёл, там стр. 150–196.

8) Примечания о прежнем и нынешнем земледелии. ч. 6. стр. 56–68.

9) О кошениле и червеце, там же стр. 69–83.

10) о сбережении и размножении лесов, там же 84–112.

11) о способах к умножению земледелия в Оренбургской губернии, ч. 7. стр. 1–25.

12) Ответы на экономические вопросы, касающиеся до земледелия, там же стр. 111–212.

13) Первое продолжение о пчёлах 1768 г. ч. 9. стр. 1–27.

14) о травяных корешках и семянах, пригодных к винной сидке, там же стр. 75–82.

15) о горючей угольной земле, там же стр: 83–91.

16) Выписка из разных писателей о пчёлах и краткие о них примечания, там же стр: 139–153.

17) Прибавление к сочинению о кошениле и червенце, там же стр. 164–173.

18) Продолжение о пчёлах, 1769 г. ч. 11 стр. 1–34.

19) О травянистом пухе и о домашнем употреблении его вместо хлопчатой бумаги и проч., там же ч. 13 стр. 44–53.

20) О краске из травы кипрейника и о пухе из той же и ещё из другой травы в прибавлении к прежнему, там же стр. 54–64.

21) о урожае хлеба, стр. 100–112.

22) о размножении Российского червеца 1770 г. ч. 15 стр. 80–87.

23) Наказ прикащику ч. 16 стр. 9–68.

24) о пряже из ветошек и тряпиц по употреблении оной в разные рукоделия. 1771 г. ч. 17, стр. 167–174.

25) о крапивном холсте, ч. 18. стр. 215–222.

26) описание Илецкой соли 1772 г. ч. 20 стр. 25–61.

27) о сбережении съестных вещей 1773 г. ч. 24. стр. 171–177.

28) о спирте из вербовых цветов и из травы называемой воробьиной, там же стр. 178–184.

29) о приготовлении в пищу, во время крайней нужды, говяжьих и бараньих кож. ч. 25. стр. 119–130 – Этим советом Рычкова, как говорит Пушкин в истории Пугачёвского Бунта, воспользовалось Оренбургское Начальство и Оренбургские жители во время осады города в 1774 году.

Очень может быть, что кроме всего здесь перечисленного, найдутся в рукописях неизданные и никому неизвестные записки П.И. Рычкова как и в архивах г. Оренбурга, так и в частных собраниях. Не можем не повторить желания нашего чтобы всё неизвестное из трудов Рычкова стало постепенно известным.

Таков был Рычков, один из немногих русских писателей XVIII века, скудного ещё и наукой и учени[?] из русских людей.
Рычков начал учиться, как оказывается в Вологде, у директора полотняной фабрики, англичанина Ивана Тамеза, ещё в конце Царствования Петра 1-го. Потом он служил в Петербурге на частном заводе у какого-то англичанина с 1730 по 1734 года, и в это время прямо из частной службы поехал в новосозидаемой тогда известным Кириловым Оренбургской край, где в 50 годах является уже лицём административным, прослужа с честию 34 г. В 1777 г. Рычков переведён на службу в Екатеринбург, начальником горных заводов, куда поехал больным и где скоро умер. Рычков по учёным трудам был корреспондентом Академии Наук и членом Вольного Экономического Общества и Вольного Российского собрания при Московском Университете.

Рычков был помещиком с. Спасского близ г. Богульмы Самарской губернии. Полагаем, что и в с. Спасском и г. Екатеринбурге, вероятно, найдутся какие либо сведения о Рычкове. Любопытно бы было в архивах Оренбурга, где хранятся дела бывших Оренбургской военной экспедиции, Коммисии и Оренбургской губернской Канцелярии найти формуляр ассесора этой Канцелярии, Коллежского Советника Петра Ивановича Рычкова.
У Рычкова был сын Николай, который что называется, пошол по стопам отца. В 1768 г. он был уже адьюнктом Академии наук и вместе с известным Лапласом путешествовал по России и издал журнал или дневные записки путешествия Капитана Рычкова по разным провинциям Российскаго Государства, в 1769–1770 году, журнал Н.П. Рычкова с картами и планами издан Академиею Наук в СПБ в 1770–1772 г. Сочинение это важно в этнографическом и археологическом отношениях, как описание виденных Рычковым на пути иногородцев и как результат тщательного изучения и описания на месте памятников древности в пределах нынешних Казанской, Симбирской и Оренбургской губернии. Это дорогое для науки сочинение Н.П. Рычкова составляет тоже библиографическую редкость и достойно издания. Н.П. Рычков умер около 1780, кажется, года. Другой сын Петра Ивановича в пугачёвщину был Симбирским Комендантом и убит мятежниками.

Митрополит Евгений приписывает ему, а не самому Петру Ивановичу описание Осады Оренбурга, что отвергается новейшим изследованием о Летописи Оренбургской осады 1774 года. В бумагах Ломоносова осталось, как писал покойный академик Билярский, записки П.И. Рычкова о рудных породах; она почему-то не напечатана (Материалы для биографии Ломоносова стр. 628). Записка эта написана Рычковым по вызову Ломоносова ко всем горнозаводчикам в 1763–1764 г., которых Ломоносов просил присылать ему руды добываемых ими метталов. Но никто из тогдашних заводчиков, кроме старого горнозаводского служащего, впоследствии ассесора Оренбургской Канцелярии не отозвался на приглашение Ломоносова. Уж не дружба ли Рычкова с историографом Миллером, врагом Ломоносова, причиною, что Ломоносов не напечатал записки Рычкова о рудных породах или потому, что один только Рычков из целой России и отозвался Ломоносову, собиравшему материалы для предполагаемой им к изданию «Российской Минералогии.

Что Рычков был в самых хороших отношениях к Академику Миллеру, это видно, из того что Миллер до самого открытия в 1765 г. Вольного Экономического общества был издателем сочинений Рычкова, о котором печатно и постоянно отзывался с похвалами и что топография Оренбургской губернии, по словам Миллера может служить для авторов в других местах России – «верною и достаточною путеводительницею». С открытием Экономического общества прекратилась журнальная деятельность Миллера. Став членом этого общества Рычков, за свои статьи получил в награду несколько медалей. Не зависимо от предполагаемой дружбы Рычкова с Миллером, похвала последнего была безпристрастною, верною оценкою Рычкова, в которой не может отказать ему и вся Россия.
В 1864 г. по желанию бывшего председателя Оренбургского Статистического Комитета Г.С. Аксакова мною обозреваемы были некоторые архивы Оренбургской губернии, между прочим архив Верхнеуральского Уездного суда. Не смотря, на то что из старых дел бывшей Верхояицкой крепости по случаю пожаров сохранилось очень не много, но привсём том архив Верхнеуральского уездного суда один из любопытных в тех местностях Оренбургской губернии, где мне случилось видеть тамошние архивы, как-то: в Троицком и Челябинском уездах.

В Верхнеуральском архиве, в делах бывшей Верхояицкой крепости сохранилось много распоряжений Оренбургского высшего начальства во время пугачёвского бунта1, между которыми есть бумаги не только подписанные, но, как заметно, наскоро поважности не терпимой проволочки в такое горячее время, собственноручно писанные ассесором Губернской Канцелярии Рычковым. Вот лучшие материалы для его fac simile.

Рычков, как видно, в пугачёвщину, был правой рукой начальника края, Губернатора Реинсдорфа. Вот бумаги Рычков от имени Губернской канцелярии к Верхояицкому коменданту в начале пугачёвского бунта 7 Октября 1773 года за № 723.
«Секретно: Господин камендант Верхояицкой крепости, Полковник Ступишин! Как ныне не безъизвестно Вашему Высокоблагородию о появлении вора и самозванца Емельки, от чего многое шатание в народе происходит и даже в войсках по крепостям, а как в оных крепостях и войсках обретается не мало польских конфедератов и дознано, что оные поляки распространяют вредные слухи, к возмущению простаго народа, а в особенности Башкир весьма способныя; того ради имеете Вы, Господин Полковник, по вверенным Вашему Высокоблагородию крепостям Верхояицкой дистанции строгое за ними польскими конфедератами иметь смотрение, ибо сии весма к измене и злу склонны. Того ради благоволите тех польских конфедератов на службу, окроме работ, ни куда не употреблять, оружия и пороху недавать и из крепостей ни куда и не под каким видом не выпускать и смотреть, дабы поляки сношений, а паче с Башкирами не имели. О получении же сего благоволите в Губернскую Канцелярию рапортовать».
В другой бумаге из Оренбургской Губернской Канцелярии за подписом Рычкова, от 13 Февраля 1775 г. Рычков приписывает на поле: «а за ворами Башкирцами извольте смотреть особо, да не появится ли здесь отец Салавата, то таковаго заковав прислать в Оренбург1. Бумага касается того, что не смотря на поимку и казнь в Москве Пугачёва и его сообщников, в народе ходят слухи, что самозванец жив и идёт с войском. Комендант на это донёс Губернатору 11 Марта, что он нашол виновника распространения слухов, муллу и ныне существующей в Верхнеуральском уезде тептярской деревни Сафаровой. Если разсмотреть архивы в Оренбурге, то конечно найдётся очень многое касательно административной деятельности Рычкова.

 

В торжественном собрании Императорской Академии Наук 29 Декабря 1865 года читана статья Академика Пекарского, помещённая потом в СПб. ведомостях 1866 г. №№ 5 и 7.

«Сношения П.И. Рычкова с Академиею наук в XVIII столетии».

Материалами для этой статьи послужил академический архив, где, впрочем, есть много материалов и для биографии Рычкова, которая отчасти, и разве только отчасти, объясняется в статье Г. Пекарского, потому что полная биография Рычкова не возможна без изучения данных на месте его деятельности. Сношения чьи бы то не были хотя бы в наше время с журналами и учёными обществами далеко не биография. Впрочем первый, кто воздал должное Рычкову, поставив его на ряду с замечательными людьми в России, это был известный нам учёный Бантыш-Каменский, поместив краткую биографию П.И. Рычкова в своём «Словаре Достопамятных людей в России».

Любопытно, еслиб было возможно, познакомиться с П.И. Рычковым не как с писателем и чиновником, а как с человеком, с частной стороны его жизни.

Возвращаюсь к вопросу, поднятому Оренбургским Статистическим Комитетом о будущем издании сочинений П.И. Рычкова.

Нам нежелалось бы верить, что на голос Статистического Комитета не отзовётся ни кто ни с учёною, ни с материальною помощию.

Комитет в Оренбурге открыт недавно; по времени своего существования он ещё только начинающий, самый младший из числа прочих Статистических Комитетов, но он в последствии конечно будет подобно существующим в других губерниях Статистическим Комитетам, издавать свои труды. В этих будущих трудах и изданиях Оренбургского Губернского Статистического Комитета на первый случай не представляется ни каких важных затруднений перепечатать «Топографию Оренбургской губернии Рычкова», что прямо соответствует кругу учёной деятельности Статистического Комитета, или же перепечатать можно Оренбургскую Историю Рычкова, эти два капитальные труда посвящённые прямо краю. Само собою, разумеется издание истории Рычкова, а тем более топографии Оренбургской губернии II половину XVIII столетия требует коментарий касательно описываемых местностей, так например, указания к которым частям они принадлежат Уфимской, Оренбургской, Самарской губерний и т. д. Примечания эти, или коментарии, доступнее всего местным жителям или членам Статистических Комитетов и вот в чём всего более теперь покуда могут помочь Оренбургскому Статистическому Комитету в Уфе и Самаре и т. д. там, где касался местностей, взошедших в состав губернии.

Кажется, что в этом случае, наше мнение вполне применимо к делу.

Таким образом, Комитет положил бы начало изданию Рычкова, покуда, современем не найдётся новых о нём сведений в архивах или неизданных сочинений и проч. или наконец не представится, материальных средств к изданию полного собрания сочинений П.И. Рычкова и его сына, на которые мы указали в настоящей заметке. Издание Оренбургской Истории Рычкова имеет в настоящее время важный научный интерес, как история наших сношений с среднею Азиею в XVIII веке, она знакомит нас с народами теперь уже более или менее подвластными России. Уполномоченный начальником края, Рычков вёл все эти дипломатические и коммерческие сношения; записки такого лица очень важны и ими мы должны дорожить неменее, чем мемуарами иностранных посланников при нашем дворе в XVIII веке. Справедливо или нет моё мнение о издании Оренбургской истории и Оренбургской топографии в трудах здешнего Статистического Комитета я повергаю его на здравый суд тех, кто ценит великие учёные заслуги Оренбургского Нестора.

(Оренбургские губернские ведомости. 1869. 8 февраля)

Сергей СиненкоБлог писателя Сергея СиненкоИстория и краеведениеФигуры и лицаистория,краеведениеСтатья уфимского историка и краеведа Руфа Игнатьева ' Об ученых трудах П.И. Рычкова' напечатана в 'Оренбургских губернских ведомостях' в 1869 году.  Р.Г. Игнатьев  'Об ученых трудах П.И. Рычкова' Оренбургский Губернский Статистический Комитет в одно из своих заседаний 1867 года поднял вопрос об издании со временем если представится к тому возможность, собрания...Башкирия - Башкортостан Оренбургская Челябинская Самарская Нижегородская Свердловская область Татарстан Удмуртия Пермский край Мордовия Чувашия Марий Эл