Объединятся ли США и Россия против исламского терроризма?

Потенциальное союзничество РФ и США в схватке с терроризмом выносит на повестку новые вопросы, ведь для военных противник очень необычный

Воевать со смертниками непросто

Самая животрепещущая тема в дискуссиях российских политологов — поиск точки соприкосновения России и США при администрации Дональда Трампа. Для самого Трампа сближение с Кремлем далеко не первая тема, важнее внутренние реформы. Но для России отношения с единственной, по определению Путина, сверхдержавой, которая обложила нас красными флажками всевозможных санкций и ущемлений, — вопрос ключевой.

Можно долго перебирать варианты, но США настолько далеко ушли от России в технологическом и экономическом плане, что единственным полем для совместной деятельности остается общая война.

Искать плацдарм не надо — это Ближний Восток, который США традиционно считает зоной национальных интересов и где Россия прочно закрепилась после введения ВКС в Сирии. Общий враг — радикальные исламские группировки, которые создали террористическое государство ИГИЛ (запрещенное в РФ и многих других странах).

Заметим, что за все годы президентства осторожный Обама ни разу не употребил выражения «радикальный ислам», а у Трампа, который считает мусульманских террористов главной угрозой национальной безопасности, это сочетание не сходит с языка.

О чем будут договариваться Путин и Трамп

Прежде чем очертить параметры боевого союзничества России и США, замечу, что война остается самым эффективным средством решения политических проблем. Голосов пацифистов, которые были чрезвычайно активны весь ХХ век, сегодня уже не слышно. В конце XIX столетия первый футуролог Камиль Фламмарион предсказывал, что к рубежу XX и XXI веков войны прекратятся, а военное сословие исчезнет, поскольку женские партии сумеют привить молодым девицам стойкое отвращение к дикой военщине и перекроют солдатам дорогу к семейному очагу.

Первой на благородную стезю вступит Америка, где восторжествует культ полезного труда и будет распущена армия, за ней последует Германия и прочие европейские страны. Из военных учреждений останется одна лишь полковая музыка…

Надо признать, что в ХХ веке, который прошел под гром мировых войн, самые неудачные предсказания были связаны именно с военной тематикой. Несколько примеров.

Американский президент Франклин Рузвельт, 1922 г.: «Маловероятно, что самолет или даже целая эскадра сможет в боевых условиях потопить морскую флотилию».

Министр флота США Джозефус Дэниелс, 1932 г.: «Никто не боится, что Япония в состоянии нанести неожиданный удар на Тихом океане. Радио исключило такую возможность».

Адмирал Уильям Лихи в беседе с президентом Трумэном, 1945 г.: «Атомная бомба никогда не взорвется. Я утверждаю это как специалист по взрывчатым веществам».

Председатель Национального исследовательского комитета по вопросам обороны США Ванивер Буш, 1950 г.: «Баллистическая ракета с атомной бомбой на борту взлетит очень нескоро. Нам надо перестать думать об этом».

«Никакая сделка санкции не отменит»

Одной из отличительных характеристик нашего времени стало то, что точность научных предсказаний возросла многократно. Это связано с тем, что объем научной информации возрастает в два раза на протяжении жизни одного поколения, и у человека появилась возможность увидеть будущее своими глазами, каким бы фантастичным оно ни казалось.

В 1985 году в рамках проекта «Футуролог» на авиабазе Райт-Паттерсон (штат Огайо) собрались военные инженеры, ученые и писатели. Цель проекта — сравнение военно-стратегических концепций с идеями фантастов. Точность попадания писательских прогнозов не снилась ни Жюлю Верну, ни Артуру Кларку — использование генетически запрограммированных организмов, выведение из строя промышленных и компьютерных объектов с помощью кибернетических вирусов, сенсорные технологии, беспилотные самолеты дистанционного управления, снаряды с компьютерным самонаведением, спутники с лазерной накачкой. Почти все быстро стало реальностью…

Некоторые из этих технических новинок, без сомнения, будут использованы в совместной войне России и США против ИГИЛ.

Может быть, в ход не пойдут лишь технологии кибервойны и хакерские атаки просто из-за отсутствия у ИГИЛ соответствующей инфраструктуры. Но у совместной войны США и России против международного терроризма будет несколько особенностей, которые не встречались в прежних военных конфликтах.

Нам опять грозят джихадом

Пункт первый: отсутствие четкой цели.

У всех глобальных войн до сих пор были четкие политические цели. Одни страны преследовали идею господства, окрашенного в разные идеологические краски, другие — препятствовали этому. Международный исламский экстремизм не имеет ясного определения своей конечной цели. Часто это терроризм ради терроризма. Обращение всех неверных на планете в мусульманство — задача невероятная. Размытость служит препятствием для достижения безоговорочной победы, ибо побежденная сторона будет вечно ускользать и мимикрировать.

Пункт второй: бесконечность войны.

Все войны заканчиваются по причине истощения ресурсов для продолжения сопротивления. Непонятно, каким образом могут закончиться ресурсы у террористов. Главный ресурс — это сам террорист. Единственный выход — полное уничтожение всего потенциального пополнения, что противоречит принципам гуманизма. Как можно юридически оформить победу над терроризмом и как будет выглядеть акт о капитуляции, совершенно непонятно. Бессрочность войны может на какой-то стадии привести к выводу о бессмысленности глобального конфликта с террористами.

Пункт третий: размытость образа.

Прежние войны имели четкие географические границы. В войне с международным терроризмом, пусть его щупальца исходят с Ближнего Востока, ни одна страна не может чувствовать себя вдалеке от боевых действий. Очаги международного терроризма могут быть расположены даже на территории тех стран, которые формально ведут с ним боевые действия. И, кстати, как неизбежны коалиции стран, воюющих с терроризмом, так не исключены коалиции государств, которые его поддерживают.

Трамп против ядерного оружия?

Пункт четвертый: бессмысленность ядерной угрозы.

На протяжении нескольких десятилетий ядерное оружие оставалось сдерживающим фактором для развязывания крупных войн. В борьбе с исламским терроризмом, как показывают сами теракты, этот фактор не работает. Жертвы ни в коем случае не сдерживают радикалов, а, напротив, подогревают кровь. Террористы прячутся за спинами мирных жителей, что подтверждается длительной осадой Алеппо и Мосула. Именно это обстоятельство является главным препятствием для наземных операций против террористов, даже если силы коалиции намного их превосходят. Вопрос о применении тактического ядерного оружия малой мощности для выкуривания радикалов из горных укреплений и подземных бункеров в истории еще никогда не поднимался.

Пока ядерное оружие рассматривается как неадекватный ответ масштабу угроз, которые исходят от террористов. Но не исключено, что этот взгляд может измениться.

Проблемы новые. Подходы к ним пока не найдены. Но, думаю, уже в ближайшее время Россия и США начнут их обсуждение. И, может быть, обсуждать будут уже в ходе совместной войны.

Автор: Сергей Лесков

Источник: ИА «Росбалт»

Корректор ЗуевАнтитеррор / терроризмантитеррор,Россия,США,террористическая угрозаОбъединятся ли США и Россия против исламского терроризма? Потенциальное союзничество РФ и США в схватке с терроризмом выносит на повестку новые вопросы, ведь для военных противник очень необычный Воевать со смертниками непросто Самая животрепещущая тема в дискуссиях российских политологов — поиск точки соприкосновения России и США при администрации Дональда Трампа. Для самого Трампа...Башкирия - Башкортостан Оренбургская Челябинская Самарская Нижегородская Свердловская область Татарстан Удмуртия Пермский край Мордовия Чувашия Марий Эл