25254366745747

Раис Сулейманов руководитель сектора информационного анализа и оценок региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований (РИСИ) в беседе с KazanWeek рассказал, как в Татарстане назревала проблема исламского радикализма и что привело к убийству Валиуллы Якупова и террористическому покушению на муфтия Татарстана Илдуса Файзова.

— Из-за чего убили Валиуллу Якупова и покушались на Илдуса Файзова?

— Эта страшная трагедия пришла в республику не сегодня и не вчера. Ваххабизм в Татарстане развивался последние два десятилетия и сейчас показал свой звериный оскал, о чем так долго и упорно предупреждали и Валиулла-хазрат, и Илдус-хазрат. Многие наивно думали, что ваххабизм – это некая страшилка, выдуманная экспертами-исламофобами, чтобы очернить Ислам. Печально осознавать, что находились (и продолжают находиться) те чиновники в регионе, которые, дезинформируя правительственные верхи, заявляли, что ваххабизма в Татарстане нет, что республика – это регион стабильности, а если и есть ваххабиты, то они все под контролем.

— Возможно ли контролировать радикалов?

— Никакого контроля над ваххабитами у тех, кто в Татарстане отвечает за взаимодействие с религиозными объединениями, нет. Никаким авторитетом в глазах салафитов они не обладают, и не смогут их контролировать никогда.

— По вашему мнению, ваххабизм в республике последние два десятилетия развивался на глазах у региональной власти?

— Силовики, отдадим им должное, делали свое дело точно. Но они боролись, как правило, с последствиями, а не с причинами ваххабизации. Традиционное мусульманское духовенство и эксперты постоянно предупреждали, что ваххабитская идеология уже охватила значительные массы, причем не только рядовых прихожан, но и высокостатусное духовенство, бизнес-круги и даже бюрократию. Но на их слова не обращали внимания. Просто не слышали.

— Некоторые комментаторы объясняют произошедшее дележом больших денег, которые всегда были в мусульманской среде. Другие видят в произошедшем след силовиков, заинтересованных в кампании против политически активных мусульман.

— Смешно слушать комментарии, что убийство татарского духовенства – дело рук «кровавой гэбни», якобы заинтересованной в том, чтобы начать репрессии против мусульман. Это отвлечение внимания общественности и государства от проблемы ваххабизма в Поволжье. Для этого придумываются сумасбродные конспирологические версии. Не удивлюсь, если скоро комментаторы вроде Гейдара Джемаля или Максима Шевченко договорятся до того, что назовут события в Казани делом рук Израиля или каких-то темных сил мирового закулисья.

— В чем же, по-вашему, причина теракта в Казани?

— Корни произошедшей трагедии в Татарстане надо искать в идеологии ваххабизма, которая подразумевает уничтожение любого инакомыслия в исламе с признанием правоты исключительно только за собой. Когда никаких аргументов склонить на свою сторону у ваххабитов нет, они выбирают террор как быстрый способ прихода к власти в мусульманской умме. Объяснять распространение ваххабизма в Татарстане какими-то экономическими или социальными причинами глупо. Хотя бы потому, что татарстанские ваххабиты – очень даже небедные люди.

— По вашим прогнозам, что ждет республику?

— Татарстан последовательно превращается в нечто подобное Дагестану на Волге. Те события, что происходили на Северном Кавказе 10-15 лет назад, как под копирку повторяются в Поволжье. Там тоже совершался отстрел и взрывы и рядовых имамов, и муфтиев, придерживающихся традиционных для этого региона течений ислама. В итоге сегодня на Кавказе сформировалась сеть временных и постоянных лесных подполий, а теракты стали настолько обыденным явлением, что уже никого не удивляет, если в соседнем квартале произошел взрыв. Сегодня то же самое происходит на Волге. От первых неудачных попыток организации лесного подполья ( «нурлатские боевики»), организации домашних лабораторий по производству взрывчатки (в деревне Мемдель в 19 км от Казани) ваххабиты дошли до убийства духовенства, придерживающегося традиционного для татар Ислама — ханафитского мазхаба. И я не вижу позитивного изменения в сторону безопасности. Наоборот, ситуация становится все более и более опасной. Здесь, в том числе для ваххабитов, мотивирующим фактором является и предстоящая в 2013 году Универсиада.

— Какой выход из этой ситуации?

— Во-первых, обязательно должна быть продолжена ротация кадров из числа мусульманского духовенства, зарекомендовавших себя в качестве проводников нетрадиционных для татар течений Ислама. Имамам-ваххабитам не место в российских мечетях. И не надо бояться, если они вызовут своих фанатичных единомышленников как группу поддержки. Малейшая попытка организовать площадь Тахрир в Казани может быть при необходимости легко предотвращена. Во-вторых, максимально ограничить зарубежное обучение мусульманской молодежи, полностью переориентировав его на получение отечественного религиозного образования. К этому надо добавить массовый выпуск религиозной литературы из дореволюционного татарского богословского наследия как альтернативы арабской и любой иной зарубежной книжной продукции духовного содержания, написание и издание учебников и учебных пособий по религиозному образованию, адаптированных к российским реалиям многоконфессионального общества, над чем работал активно покойный Валиулла-хазрат. В-третьих, прекратить покровительство зарубежным религиозным центрам: любая ориентация на зарубежный религиозный центр, будь то, к примеру, Саудовская Аравия, Египет или Кувейт, неизбежно приводит к усилению религиозного влияния этого государства, а впоследствии — к политическому влиянию тех стран, в стратегическом союзе с которыми эти мусульманские государства состоят. Здесь все просто и очевидно: российские мусульмане должны быть ориентированы на российские религиозные центры — Казань, Уфу, Грозный, но никак не на Эр-Рияд или Каир. В случае если не изменить тенденцию в деле ориентации на какую-либо зарубежную страну, рано или поздно российские мусульмане будут все быстрее превращаться в «пятую колонну» в собственной же стране, для которых авторитетами будут идеологи ваххабизма, а не свои муфтии. В-четвертых, не мешало бы обратить внимание на пооткрывавшиеся в последнее время частные исламские центры в Татарстане: в Казани, Высокой Горе, Нижнекамске, Набережных Челнах. Там ситуация не контролируется никак.

— Вы считаете с экстремистами невозможно вести диалог?

— Надо понимать одно: ваххабиты, убивая традиционное духовенство, с одной стороны, запугивают мусульманскую умму, давая понять, что они – сила (сегодня в глазах мусульман Татарстана вы увидите смятение, шок и страх), а с другой — требуют от государства признать легитимность своего положения. В Дагестане государство пошло на это, начав диалог с ваххабитами. Но в глазах ваххабитов любые уступки – это слабость и мотивация для последующего террора для еще больших уступок. Мне совершенно не ясно о чем можно вести диалог с теми, кто пускает в тебя шесть пуль в упор в подъезде твоего дома? О чем можно договариваться или идти на уступки с теми, кто взрывает твой автомобиль? Сегодня любые попытки свалить вину на силовиков, якобы заинтересованных в репрессиях по отношению к мусульманам, о которых уже разглагольствуют «исламские аналитики» на своих сайтах, или обвинять самого муфтия Илдуса Фаизова в «неуступчивости», а также любые способы найти смягчающие обстоятельства для «исламских диссидентов» являются просто оправданием ваххабизма и религиозного терроризма.

Автор: Дарья Мазитова, Kazan Week

Николай ШамбаровЛюди, факты, мненияТатарстанваххабизм,ислам,ТатарстанРаис Сулейманов руководитель сектора информационного анализа и оценок региональных и этнорелигиозных исследований Российского института стратегических исследований (РИСИ) в беседе с KazanWeek рассказал, как в Татарстане назревала проблема исламского радикализма и что привело к убийству Валиуллы Якупова и террористическому покушению на муфтия Татарстана Илдуса Файзова.— Из-за чего убили Валиуллу Якупова...Башкирия - Башкортостан Оренбургская Челябинская Самарская Нижегородская Свердловская область Татарстан Удмуртия Пермский край Мордовия Чувашия Марий Эл