8676575844

Общая беда способна нас сплотить

Протодиакону кафедрального собора Рождества Богородицы в Уфе и фолк-исполнителю Максиму Коробицыну 43 года. Родился в Иваново в семье театрального режиссёра. Недолгое время семья жила в Курске, потом в Астрахани, а с 1982 года обосновалась в Уфе. Максим закончил актёрское отделение Уфимского института искусств, затем несколько курсов вокального отделения этого же вуза, готовил себя к карьере оперного певца. Во время учёбы начал петь в церковном хоре. Два года на клиросе и предложение архиерея изменить жизнь сделали своё дело – Максим был рукоположен в диаконы
и ушёл из института.

Женат, воспитывает 20-летнего сына и 14-летнюю дочку. Выступает с концертами на церковных и светских мероприятиях, включая творческие вечера в молодёжных антикафе и «квартирники». Пишет песни, исполняет репертуар знаменитых советских баритонов – Муслима Магомаева, Иосифа Кобзона и других. В Стерлитамак Максим привез свою сольную программу «Жизни тонкая нить».

– Самый лучший праздник – это…?

– Мой день рождения. Это день, когда я могу делать то, что хочу, а не то, чего от меня ждут окружающие. В нынешнем январе я так и сделал – вместо ожидаемого всеми застолья в мой день рождения собрал всех родных и друзей в кафе и устроил для них концерт – весь вечер пел. Ощущение свободы в собственный день рождения – это сюрприз, который однажды сделала мне, тогда четырёхлетнему малышу, мама. Она сделала в комнате уборку вместо меня, потому что я был в тот день именинником.

– Чему вас учат ваши дети?

– Терпимости, умению себя сдерживать. Родители у меня были очень строгими, и в молодости я также был слишком требователен к своим детям. Став старше, я стал более бережно к ним относиться. Это, конечно, не отменяет приступов родительского гнева, но я стараюсь с ними бороться.

– А чем ваши дети занимаются?

– Сын – музыкант, играет на бас-гитаре, заканчивает училище искусств. Дочка учится в школе.

– Какого предмета не хватает в наших школах?

– По мне, так нам очень не хватает музыки, пения. Нет у нас в стране культуры совместного пения. А ведь людям по сути своей свойственно собираться, петь под гитару или баян. В дореволюционной России присутствовала культура домашнего музицирования, которая позже была, увы, утрачена.

– Кто вы?

– Семьянин – отец, муж. Собственно, вся моя жизнь сложилась так, а не иначе, именно потому, что я всегда во всех обстоятельствах выбираю семью, а не, скажем, карьеру.

– В чём заключается самое страшное наказание?

– По-моему, самое страшное, когда тебя лишают того, что ты любишь.

– Делали ли бы вы вашу работу бесплатно?

– Делал бы, если бы от этого не зависело благополучие моей семьи. Это касается и моих концертов, и моего служения в храме.

– Почему вы всё-таки покинули актёрскую среду?

– Я вырос в театре. И хорошо знаю театральное закулисье. Я бы там просто не прижился. У каждого из нас – своя дорога. С годами это понимаешь всё с большей очевидностью. В молодости я увлекался рок-н-роллом, у меня была своя группа. Потом серьёзно учился вокалу у знаменитого мастера Салавата Ахметовича Аскарова. Но, только впервые услышав на литургии голос моего будущего наставника протодиакона Александра Скорнякова, я осознал, где на самом деле моё место.

– Вы верите в чудеса?

– Да, верю. Чудеса вокруг нас, Господь творит их постоянно, а мы этого просто не замечаем. Мы принимаем каждое из них за что угодно, только не за чудо. У нас тюнер сбит, мы разучились воспринимать тонкий мир, его влияние на нас. Мы идём по дороге и видим только большие столбы, которые можно обхватить руками, а то, что дальше – камыши, трава, туман над рекой – скрыто от нашего зрения. И мы топчем всю эту красоту.

– О чём вы мечтали ребёнком?

– О счастье, о чём же ещё?! О сцене, об известности. Мечтал выступать перед большой аудиторией. Мечтал о семье, о счастье быть нужным.

– Так ваши мечты сбылись?

– В самом главном, наверное, да.

– Какие проступки вы готовы простить?

– Если речь идёт о проступке, а не о преступлении, то, пожалуй, близким я готов простить всё. Я расстраиваюсь, когда сталкиваюсь с этим, но быстро забываю всё плохое. В принципе, я всегда прощаю людей, которые для меня важны. Хотя по отношению к посторонним я не так снисходителен.

– Способны ли вы на жертву?

– Мелкие жертвы приношу постоянно.

– Например, какие?

– К примеру, я хочу смотреть футбол, а жена – кино. Не смейтесь, в семейной жизни очень важно уметь уступать другому. А вот на серьёзные жертвы мне ещё не приходилось идти. Дай Бог, чтобы и не пришлось.

– Все люди – братья?

– Хотелось бы, чтобы так оно и было. Но нет, все мы разные, и все говорим на разных языках. Каждый смотрит на мир под своим углом, и от этого все наши разногласия.

– Но ведь есть что-то главное, что объединяет всё человечество?

– Это идеализм. Мы, россияне, объединяемся тогда, когда на нас нападают. Общая беда способна нас сплотить. Избавление от неё становится нашей идеей. Ещё объединяет общее дело, но это ненадолго.

– Любите ли вы петь наедине с собой?

– Да, очень люблю. Раньше, в детстве, я мыл посуду и за это время перепевал весь свой репертуар. Если бы тогда были водяные счётчики, нашему семейному бюджету пришёл бы конец. Пение, оно ещё и для здоровья очень полезно. Поэтому я пою с удовольствием.

– Какие песни вы поёте на своих концертах?

– Преимущественно, свои. Музыку и тексты сочиняю сам. Их немного, и тем ценнее каждая из них. Ещё пою песни «золотого века» советской эстрады, с которыми я рос.

– Как вы относитесь к тому, что победителем последнего проекта «Голос» на Первом канале стал иеромонах Фотий?

– К этому я отношусь положительно. У нас очень многие почему-то убеждены, что в церкви обитают эдакие угрюмые чернецы, которые кадят чем-то в своём подземелье, бормочут себе под нос непонятные тексты и не любят всё живое и светлое. Но это не так: воцерквлённые люди имеют крепкие семьи, занимаются творчеством, умеют радоваться жизни. Просто у них есть ещё и вера в Бога, что делает их жизнь более осмысленной и полноценной.

Рассказывать об этом – миссионерская задача отца Фотия, в этом состоит и моя миссия как певца. Когда я читал в Интернете негативные отзывы об участии в проекте «Голос» отца Фотия, это вызывало у меня возмущение. Люди, далёкие от церкви, вряд ли имеют представление о том, что должен и чего не должен делать монах. А люди церковные должны понимать, что отец Фотий получил на участие в проекте благословение своего духовного отца и правящего архиерея. И он большой молодец, что всё выдержал и победил, победил достойно. Зрители ведь голосовали не только за голос, но и за личность.

– Легко ли быть мудрым?

– Если мудрость есть, легко. Если её нет, пыжиться бесполезно.

– Если бы вы были президентом, каким был бы первый ваш указ?

– Я бы не стал президентом, потому что по своему складу мышления я гуманитарий, а президент должен быть универсалом, сведущим во всех областях человеком. Таким, как Путин. Меня поражает его осведомлённость во всех абсолютно сферах. Я могу организовать людей, но не в таких масштабах.

– Где вы чувствуете себя уютнее всего?

– Конечно, дома. Если бы этот дом был около моря, было бы совсем здорово (смеётся – М.В.)! Чтобы на крыльцо вышел, а оно плещется…

– Какое историческое время вызывает у вас наибольший интерес?

– Было время, когда я живо интересовался разными историческими эпохами. Потом пришло понимание, что в давние времена человеку жилось не так уж комфортно. Думаю, что мне надо было бы родиться либо на двадцать лет раньше, в 50-е годы, в эпоху царствования на советской сцене баритонов, либо на двадцать лет позже, в 90-е, тогда можно было принимать участие в разных музыкальных проектах и конкурсах.

А вообще, что нам история, если мы живём здесь и сейчас? Единственное, что меня интересует всегда, это будущее. Тем более, что в нашей жизни то, что вчера казалось фантастикой, сегодня становится делом обыденным. В школе я с одноклассниками всерьёз мечтал о маленьком устройстве, которое бы позволяло и музыку слушать, и фильмы смотреть, и с друзьями общаться. Сейчас мы живём в мире самых разнообразных гаджетов, без которых уже не можем обходиться.

– Куда вы не поедете отдыхать?

– Теперь, похоже, много куда (снова смеётся). А если серьёзно, то не поеду в какую-нибудь экзотику, потому что не люблю всяких змей, скорпионов, ядовитых насекомых.

– А где вы отдыхаете?

– Иногда удаётся куда-нибудь выехать. Но чаще всего отдыхаю на даче, там всегда хватает дел. А ещё отдых для меня – это сон. Служба в храме всегда проходит в то время, когда я по натуре своей не должен бодрствовать, я сова. Поэтому выспаться для меня и значит хорошо отдохнуть.

– Можно ли человека научить быть справедливым? А милосердным?

– Ребёнка можно научить быть милосердным. Я в детском саду, поддавшись общему психозу, слегка гнобил своего ровесника, мальчика слабого и болезненного, который не был похож на остальных. Мама вовремя меня перенаправила, объяснила, что и почему, и потом мы с этим мальчиком подружились.

– А вы себя считаете справедливым человеком?

– Очень надеюсь, что поступаю по справедливости. По крайней мере, постоянно тестирую себя на справедливость.

– Для вас вопрос веры относится к разряду интимных?

– Да, конечно. Могу сказать только то, что с церковью в жизнь моей семьи пришло много хорошего.

Источник: Стерлитамакский рабочий

Яна Ямщикова (Галеева)Люди, факты, мненияПравославиеБашкирия,православие,православие на Южном Урале,Уфимская епархия,церковьОбщая беда способна нас сплотить Протодиакону кафедрального собора Рождества Богородицы в Уфе и фолк-исполнителю Максиму Коробицыну 43 года. Родился в Иваново в семье театрального режиссёра. Недолгое время семья жила в Курске, потом в Астрахани, а с 1982 года обосновалась в Уфе. Максим закончил актёрское отделение Уфимского института искусств, затем несколько курсов...Башкирия - Башкортостан Оренбургская Челябинская Самарская Нижегородская Свердловская область Татарстан Удмуртия Пермский край Мордовия Чувашия Марий Эл