Gym_04

Средняя продолжительность жизни в Уфимской губернии составляла 32 года

Читая документы по истории Уфимского края, я наткнулся, как показалось, на опечатку – “в конце XIX века в Уфимской губернии средняя продолжительность жизни составляла тридцать два года”. Несомненно, это опечатка, нельзя и подумать о том, что сто лет назад жизнь была столь коротка; ведь тридцать два года – только начало зрелой жизни, время когда человек только-только получил профессию и достиг каких-то первых результатов, первых успехов, только-только обзавелся семьей, детьми, оброс хозяйством, только-только начал что-то в этой жизни понимать, не успев, однако, приобрести сколько-нибудь значительной мудрости.

Видимо, ошибка, видимо, опечатка, видимо должно быть написано “шестьдесят два года”. Но нет, цифра повторилась еще раз. Не опечатка, продолжительность жизни, в среднем по Уфимской губернии, тридцать два года, детская смертность – двести восемьдесят три умерших на тысячу родившихся, причем, для более чем половины причина смерти – заразные болезни.

 

img_a012

В «День Ромашки» 21 апреля на улицах Уфы продавали полевые цвеиы, а сбор от продажи поступал на борьбу с бедностью и болезнями, прежде всего туберкулезом. Фото 1910-х гг.

Публикую в сокращении отрывок из своей книги «Белый щит» (главу «Знахарь, лекарь, земский врач). Она — об истории здравоохранения  в Уфимском крае. Кусок этот адаптировал, ориентируясь на широкую публику.
…Прототипом современных санитарных служб в Приуралье были санитарные кордоны служивых людей, которые по приказу уфимского воеводы выставляли на основных дорогах края в XVII веке. О них мы знаем немного. Так, в наказе уфимскому дворянину М.А. Лопатину, назначенному в 1671 г. командиром заставы («заставным головой») предписывалось: «Стоять на Казанской дороге и крепко смотреть на проезжающих людей, которые едут в город Уфу и расспрашивать всячески, которых они городов и для чего и откуда едут, и нет ли в тех местах мора или иной заразы, и нет ли у них какой болезни. А самим беречься накрепко, чтоб проезжие люди объезжими дорогами в город Уфу не езжали и заразу не приносили».

Первые госпитали для обслуживания служилых людей в крае появились в Уфе и Бирске в середине XVIII века. В 1787 г. в Уфе открылся Приказ общественного призрения, который должен был следить за здоровьем населения обширного Уфимского наместничества, оказывать посильную медицинскую помощь. В 1791 г. Уфе, в 1821 г. в Стерлитамаке, затем в других городах края открываются небольшие больницы, аптеки. В каждом уезде вводится должность врача, однако больницы были в таком ужасном виде, что население их избегало.

Указом сената в 1797 году в каждой губернии Российского государства были созданы врачебные управы. В Оренбургской губернии, к которой до 1865 года относился наш край, такая управа существовала почти сто лет. В подчинении управы, возглавляемой инспектором, находился немногочисленный медицинский персонал губернии – операторы-хирурги, уездные лекари, повивальные бабки-акушерки. Именно уездные лекари и их помощники должны были следить, докладывать о любых проявлениях заразных заболеваний, по мере необходимости принимать срочные меры.

В конце XVIII века, в связи с переводом башкир в военно-казачье сословие, башкирские кантоны (районы) делятся на пять врачебных частей. В каждой из них имелась лечебница, в которой служили один врач, несколько оспопрививателей и фельдшеров. Для Башкирского войска в Уфимской больнице были выделены постоянные места.

Историческая справка

1797 Указом сената в губерниях Российского государства созданы врачебные управы. В Уфимской губернии врачебная управа просуществовала до 1865 г.
1798 В связи с переводом башкир в военно-казачье сословие, башкирские кантоны (районы) делятся на врачебные части с организацией в каждой лечебницы.
1829-1831 Эпидемия холеры в Оренбургской губернии.
1830-е гг. Начинается подготовка врачей из числа башкир и мишарей на медицинском факультетете Казанского университета.
1848-1849 Эпидемия холеры в Оренбургской губернии.
1853 Повторения эпидемии холеры в более слабой форме.

56

Сообщение Уфимской губернии с российскими столицами было ненадежным, почта работала нерегулярно, особенно зимой; многие новости, которыми жила столица, доходили до южноуральской провинции тогда, когда они уже становились вчерашним днем. Провинциальные городки и села жили спокойной размеренной жизнью, месяцами ничего значительного не происходило. Вдали от цивилизации многие нововведения воспринимались с трудом. Характерный пример: помидоры в губернских городах в это время не выращивали, не все про них и слышали.

Первую рассаду, которую посадил житель села Богородского Иван Хворостинов, соседи выдернули, грядку вытоптали – «от нечистой силы».

«Увозил последний пароход труппу актеров, игравшую по летам в городском саду, – вспоминал Сергей Елпатьевский о жизни в Уфе, – увозил последних запоздавших кумысников, навигация закрывалась на долгую зиму, и в городе становилось совсем тихо вплоть до первого радостного свистка с реки весной, когда город бежал встречать первый пароход. Здесь была тихая, ушедшая внутрь, жизнь промежду себя».

Не слишком меняли эту жизнь войны, которые вела Россия, трудно и медленно поддавалась провинциальная жизнь реформам и переустройствам, которые вводились сверху, но годами устоявшаяся жизнь в мгновение менялось, если в край приходила «зараза» – холера, оспа, тиф. В 1829-1831 годах по губернии прокатилась большая эпидемия холеры. Она повторилась затем в более слабых формах в 1848-1849 годах, в 1853 году.

L0029964 S. Mihles, The elements of surgery, 1764 Credit: Wellcome Library, London. Wellcome Images images@wellcome.ac.uk http://images.wellcome.ac.uk Showing an amputation of the leg The elements of surgery....Adapted to the use of the camp and navy, as well as of the domestic surgeon...The second edition...augmented with....the latest improvements...by Alexander Reid. Samuel Mihles Published: 1764 Copyrighted work available under Creative Commons by-nc 2.0 UK, see http://images.wellcome.ac.uk/indexplus/page/Prices.html

После холерной эпидемии 1831 года стало ясно, что одними «наезжими» медиками не обойтись, нужны врачи из коренных жителей края. После отбора по аулам губернии начинается подготовка таких врачей на медицинском факультете Казанского университетата. К пятидесятым годам было обучено двадцать врачей из числа башкир и мишарей, в том числе первые национальные доктора – Арслан Субханкулов, Мухамет Батыршин, Садык Нигматуллин, Ахмет Абдеев.

В случаях уже начавшихся эпидемий создавались специальные комитеты, например, Оренбургский комитет по прекращению холеры или Оренбургский губернский оспенный комитет, которым подчинялись аналогичные уездные комитеты. И если эпидемии тифа, холеры, случались далеко не каждый год, хотя и уносили десятки тысяч жизней, а временами сокращали численность населения, то такое заболевание, как оспа, стало настоящим бедствием, с которым надо было бороться практически каждодневно.

За уездными врачами устанавливался контроль со стороны Губернского комитета по оспопрививанию, обучению оспопрививателей, хранению оспенной материи. Оспопрививание в губернии долгое время существовало в форме особой повинности для крестьянских обществ, которые должны были нести все расходы по содержанию оспопрививателей и приобретению для них инструментов. Только в конце XIX века уездные земства, придя к убеждению о низкой пользе такой постановки дела, принимают расходы полностью или частично на себя и поручают оспопрививание медицинскомц персоналу, снабжение же уездов лимфой берет на себя Уфимское губернское земство.

Документы говорят
В 1848 г. Губернский оспенный комитет в г. Уфе сообщал: «Натуральная оспа свирепствует почти каждый год, прививание не достигло надлежащего развития, причина в том, что оспопрививатели (обученные лекарями жители сел и деревень) остаются вне всякого надзора и учета со стороны врачей, ввиду чего всем уездным оспенным комитетам предлагается собираться два раза в месяц и использовать все средства для распространения оспопрививания, обратить особое внимание на обучение оспопрививанию, провести проверку не привитых детей, а так же представлять в Губернский оспенный комитет сверх месячных, полугодовых и годовых ведомостей наблюдений за привитыми, сведения о родившихся, умерших детях, случаях, когда оспа не принялась».

В период народных несчастий всегда усиливалась религиозная, обрядовая сторона жизни. На селе она имела характер языческого обряда-оберега, состоявшего из опахивания деревни по периметру, установления границы, черты, которая должна была уберечь жителей от заразы. О том, как происходил обряд опахивания в одном из уездов Уфимской губернии во время эпидемии холеры нам известно из записей краеведа и публициста С.Р. Минцлова: «Третьего дня бябы опахивали ночью Табынское. Делается это в глубокой тайне, и если кто встретиться им в это время – дай ему Бог унести ноги, убьют палками и камнями. В соху впрягается тройка совем голых вдов и в сопровождении вереницы женщин в одних рубахах, с распущенными волосами, обводят село заколдованною для холеру чертой. Никто не смеет в это время высунуть носа из избы. Рассказывали мне это сам священник и табынский земский доктор… Последний не знает, что ему делать с прививками: прислали ему несколько ящиков, иежду тем делать их никто не идет. В народе начинают бродить глухие толки, что лечить от холеры не надо, так как доктора морят нарочно; прививку стали звать «печатью антихриста».

Во время эпидемий холеры и тифа в Уфе и ее окрестностях устраивали “чрезвычайные крестные ходы”, которые проходили сначала по улицам, а затем по полям вокруг города, чтобы так же как в языческом обряде провести черту-оберег. Улицы, по которым должен пройти крестный ход, заранее украшали молодыми березками, которые привозили на подводах из ближайших рощ. Перед крестным ходом ехали конные жандармы. Хоругви несли преимущественно мужчины, на больших расстояниях они сменяли друг друга. Оклады блестели на солнце, ленты развевались на ветру. В небе гудели колокола, им вторило пение хора монастырских певчих. Горожане вместе с духовенством всех церквей шли за город в поля провожать икону. По домам жителей ходили крестные ходы с молебнами о здравии.

К началу реформ шестидесятых годов в Уфимской губернии имелась двадцать одна больница, в них работали тридцать врачей, сто фельдшеров, двенадцать повивальных бабок, сто шестьдесят оспопрививателя. Самая большая больница на восемьдесят коек располагалась в Уфе, где кроме нее была ещё тюремная лечебница и дом для умалишенных. Для женщин-мусульманок, которые отказывались лечиться у врачей-мужчин, была открыта специальная больница, где пациенток обслуживали дипломированные повивальные бабки. Подготовку фельдшеров для губернии вела, в основном, Оренбургская фельдшерская школа. В сельской местности именно фельдшер олицетворял собой медицинские знания; так называемый «фельдшеризм» был экономически самой выгодной формой медицинской помощи, и, как долгое время считалось, «самой народной».

На службу принимались не только те фельдшеры, которые получили образование в школах министерства государственных имуществ и воспитательных домов, но и ротные фельдшеры, зачастую совершенно невежественные. Врачи, отстаивавшие этот способ медицинского контроля и помощи населению исходили из того, что у «простого» народа и болезни «простые», что фельдшер для крестьян «свой» человек, ближе к ним, доступней и понятней, чем врач-барин, а потому является более полезным посредником между врачем и населением, наконец, тем, что «фельдшеризм» намного дешевле врачебной помощи.

В Уфимской губернии из-за задержки с организацией земских органов управления земская медицинская служба была образована только в 1875 году. Приказ общественного призрения оставил после себя нищенское наследие – на пять уездов огромной губернии (площадь её тогда была значительно больше нынешней территории РБ) к моменту введения земства приходилось семь больниц с девятью врачами, семьюдесятью пятью фельдшерами и десятью повивальными бабками.

Уже со следующего года в губернии увеличиваются ассигнования на медицину, в течение трех-четырех лет устанавливается участковый принцип обслуживания населения, появляются первые сельские амбулатории, больницы, организуются первые кумысолечебницы и фельдшерско-акушерские пункты, в которых бедные и неимущие лечились бесплатно, наконец, зарождается земская санитарная служба. Но на один врачебный участок приходилось тогда более пятидесяти тысяч жителей, поэтому врачебную помощь вряд ли можно было назвать общедоступной, как задумывалось самими организаторами земства.

Представление о медицине того времени дают «Записки земского врача» А.И. Веретенниковой, одной из первых женщин-врачей России. Она являлась одним из четырех земских врачей, работавших в 1870-е годы в Белебеевском уезде, занимавшем примерно седьмую часть территории губернии. Участок Веретенниковой обслуживал сто восемьдесят пять деревень, на прием приходило по восемьдесят больных в день.

Весь уезд обслуживала одна больница на двести коек – «дом старый, тесен и неудобоприемлим к размещению больных, имущество больничное, как-то: медная, железная и деревянная посуда – требует или уничтожения, или исправления, белья постельного совсем мало». Инфекционные больные – в каждой деревне, на каждой улице: «Во въезжих избах я встречала ребятишек, покрытых с ног до головы пустулами, мечущихся в лихорадочном жару, — вспоминала Веретенникова. – У меня перебывала масса хронических больных с нагноениями, костоедой, с затяжными болезнями, застарелыми язвами, сифилизом, глазными болезнями. Дверь моей избы не затворялось с утра до вечера».

В первый период развития в губернии земской медицины, действовала так называемая «разъездная система», при которой на врача возлагалось заведование одной из городских больниц или приемным покоем, но основное время он проводил в разъездах по своему участку, контролируя работу фельдшеров, осматривая больных в деревнях и селах, выезжая в места возникновения эпидемии.

При такой системе земские врачи постоянно были в разъездах, отыскивая больных, не всегда успешно, в то время как действительно больные не могли отыскать доктора, разъезжавшего по участку. «Весь уезд в суете», — так характеризовал эту систему один из земских врачей. Лишь постепенно разъездную систему врачебной помощи стала вытеснять стационарная, при которой вся территория делилась на врачебные участки, в центре которых устраивались лечебницы, при некоторых больницах имелись особые бараки для заразных больных.

Значительным событием для краевой медицины стало создание в 1882 году общества врачей, организованного ссыльным врачом Н.А.Гурвичем; в него вошли все земские врачи губернии. Объединению усилий способствовали и съезды врачей, на которых обсуждались как узко клинические вопросы, так и общественные проблемы. Первый такой съезд прошел в 1883 году и до 1906 года состоялись ещё пять съездов.

На I съезде врачей по инициативе его участников был разработан проект создания санитарно-эпидемиологического отдела губернской земской управы. Земское собрание данный проект отклонило, предложив вместо этого создать статистическое управление, которое и вело учет распространения инфекций в Уфимской губернии. Для проведения постоянной профилактической и противоэпидемической работы на губернском земском собрании было решено за счет ассигнований на борьбу с эпидемиями, пригласить в Уфу постоянного санитарного врача и ему в помощь десять студентов для проведения профилактической и противоэпидемической работы.

Первым губернским санитарным врачём стал в 1885 году Леонид Сергеевич Бонье, кандидат естественных наук из Санкт-Петербургского университета. С этого момента Уфимское земство избирает санитарное направление в земской медицине. В Уфе создается санитарное бюро, на следующих съездах врачей принимаются проекты об уездных санитарных организациях, о губернском сансовете, о санитарных попечительствах на местах, разрабатываются инструкции для санитарных врачей, карточки для ведения санитарной статистики.

Историческая справка

1875 В Уфимской губернии начинает функционировать система земской медицины, зарождается земская санитарная служба.
1882 В Уфимской губернии создается общество врачей, организатор — ссыльный врач Н.А.Гурвич.
1883 В Уфе проходит I съезд врачей Уфимской губернии. По инициативе его участников разработан проект создания санитарно-эпидемиологического отдела Уфимской губернской земской управы. Земское собрание данный проект отклонило, предложив вместо этого создать статистическое управление.
1884-1908 Деятельность земского медико-статистического управления, ведущего учет распространения инфекций в Уфимской губернии.
1885 Первым губернским санитарным врачом стал Леонид Сергеевич Бонье, кандидат естественных наук, приглашенный из Санкт-Петербургского университета.
1886 В Уфе создано Губернское санитарное бюро.
1891 Известным врачом Ф.Ф. Эрисманом организована первая в России санитарно-эпидемиологические станции для изучения санитарно-эпидемической обстановки в Москве и её окрестностях. На ней проходят обучение, в том числе, и уфимские земские врачи.
1895 Четвертый съезд врачей Уфимской губернии принял проект об уездных санитарных организациях, о губернском сансовете, о санитарных попечительствах на местах, разработал инструкции для санитарных врачей, документы для санитарной статистики.

 

32dad0

Конец девятнадцатого столетия Уфимская губерния встретила в тяжелейших условиях – в трех губернских уездах, Бирском, Мензелинском и Белебеевском случился неурожай. Зимний ледостав и прекращение навигации на две недели раньше обычного срока, а затем необыкновенно продолжительная распутица, и, как её результат, полнейшее бездорожье, не позволили завезти продовольствие из соседних губерний.

Вместе с голодом пришли и болезни – брюшной и возвратный тиф. Возглавлял губернию в те годы печально известный Николай Модестович Богданович, впоследствии убитый боевиками во время прогулки в уфимском Ушаковском парке. Благодаря усилиям Богдановича губерния, в связи с неурожаем, получила значительную помощь правительства, положение было выправлено. Нормализовалась ситуация и с инфекцией – ей не дали разполстись по губернии, эпидемия сошла на нет.
Говорят документы
Из доклада доктора Н. Экка: «По вопросу об улучшении санитарных условий и уменьшению смертности в России»: «Смертность от большинства инфекционных болезней есть смерть насильственная и зависит от непринятия соответственных предупредительных мер, указанных наукой, польза от которых доказана опытом многочисленных городов и стран».

Но не одни лишь картины народных бедствий сопровождали последние годы уходящего века. К примеру, в это время развивалась деятельность так называемого “попечительства о народном здоровье и трезвости” с десятками читален, народных аудиторий и уфимским центральным книжным складом, который за восемь месяцев своего существования сформировал и разослал по губернии сто двенадцать библиотек, десятки тысяч книг.

В конце века стронулся с места, наконец, и вопрос о строительстве водопровода в Уфе. Парадоксально, но в городе, буквально опоясанном водой со всех сторон, снабжение населения питьевой водой всегда было острейшей проблемой. Под самыми окнами городской думы, у водозаборной будки на углу улиц Большой Успенской и Центральной всегда стояла большая очередь возниц с бочками для воды. Для строительства водопровода городская дума учредила особый фонд, куда перечислялись доходы от продажи дворовых участков, пожертвования частных лиц, плата за воду, но суммы набирались всё уж очень скромные. Наконец, горожане обратились к центральному правительству с просьбой разрешить выпуск облигационного займа для строительства водопровода. Разрешение из Петербурга было получено и строительство водопровода, наконец, началось.

В начале двадцатого века быстрыми темпами развивается губернская промышленность, прежде всего в Уфе, количество горожан стало стремительно расти. За первые пятнадцать лет столетия число уфимцев почти удвоилось: в 1901 году их было шестьдесят с половиной тысяч, в 1916 стало сто двенадцать с половиной тысяч. Долгие годы в городской думе обсуждался вопрос о строительстве канализации, но найти средства на это так и не удалось. Мусор и нечистоты из города вывозил ассенизационный обоз, который плохо справлялся с работой.

Читая документы по истории Уфимского края, я наткнулся, как показалось, на опечатку – “в конце XIX века в Уфимской губернии средняя продолжительность жизни составляла тридцать два года”. Несомненно, это опечатка, нельзя и подумать о том, что сто лет назад жизнь была столь коротка; ведь тридцать два года – только начало зрелой жизни, время когда человек только-только получил профессию и достиг каких-то первых результатов, первых успехов, только-только обзавелся семьей, детьми, оброс хозяйством, только-только начал что-то в этой жизни понимать, не успев, однако, приобрести сколько-нибудь значительной мудрости.

Видимо, ошибка, видимо, опечатка, видимо должно быть написано “шестьдесят два года”. Но нет, цифра повторилась еще раз. Не опечатка, продолжительность жизни, в среднем по Уфимской губернии, тридцать два года, детская смертность – двести восемьдесят три умерших на тысячу родившихся, причем, для более чем половины причина смерти – заразные болезни.

Но может быть Уфимская губерния была самой отсталой в России, самой темной и в медицинском отношении самой непросвещенной, потому-то здесь и была такая высокая смертность? Нет, читаю статистику по Европейской части России. В 1896-97 годах средняя продолжительность жизни здесь составляла 32,34%, то есть всякий, достигший возраста Иисуса Христа и более жил уже за счет другого, умершего в более раннем возрасте. И причиной гибели более чем половины умерших, повторяю, являлись заразные болезни, те, которые грозно звучат и сегодня – холера, чума, тиф, острый грипп, крупозное воспаление легких, туберкулез, и те, которые стали для нас прошлым – малярия, проказа, оспа, рожа, или те, против которых найдены достаточно эффективные средства лечения – корь, коклюш, скарлатина.

Историческая справка

1905 В Уфе организуется Пастеровская станция, бактериологическая лаборатория.
1906 В Уфе открыто санитарное учреждение – оспенный телятник.
1907 В Уфе открыто сывороточное отделение.
1908 На базе бактериологической лаборатории открыт Уфимский бактериологический институт Уфимского губернского земства. По инициативе приват-доцента А.И.Подбельского в Уфе организована фельдшерско-акушерская школа.
1909 Организовано Уфимское городское бюро, которое стало школой санитарной статистики.На должность заведующего санитарным бюро Уфимской губернии избран врач И.С. Вегер.
1910 Эпидемия холеры в Уфимской губернии.
В Уфе открылась инфекционная больница.
В Уфимской губернии начинают вводится должности уездных и городских санитарных врачей, первым из них по Уфимскому уезду избран М.В. Окамелков. По открытому конкурсу на должности санитарных врачей губернских городов избраны врачи: Уфы – Станкевич, Златоуста – Рафес, Стерлитамака – Зубалаев, Бирска – Соколов. Основными задачами определены: разработка санитарно-статистических материалов по демографии, заболеваемости, физическому развитию населения, а также данных санитарных обследований предприятий, проведение противоэпидемических мероприятий, пропаганда санитарно-гигиенических знаний.
1912 В Уфе открылся противотуберкулезный диспансер.
1912 Принимается общероссийский закон о социальном страховании, послуживший основанием для создания так называемой фабрично-заводской медицины, обеспечившей открытие лечебных учреждений по обслуживанию рабочих.

mfsph_1

Для борьбы с эпидемиями в губернию нередко приезжали медики, знакомые с инфекционными болезнями понаслышке. Так, столичный литератор Минцлов писал, что во время эпидемии холеры в Уфимской губернии в 1910 году «…холерным доктором приехал туда доктор из ушной лечебницы из Москвы, по собственному его признанию, ничего не понимающий в новой специальности». Далее Минцлов печально размышляет о пагубной практике работы врачей не по своеиу профилю: «Что ж, если акушер, профессор Рейн, послан на юг в качестве диктатора против холеры, то почему же не командировать в какое-то Табынское специалиста по ушным болезням?» И далее – «Холера у нас усиливается: в Табынске мрут ежедневно… В нашей местности необыкновенное нашествие крыс; нет дома, который бы они не заполонили. Не нанесли бы поганые твари к нам чуму: милая гостья эта идет сразу с трех сторон – из Манчжурии, из Киргизских степей и из Одессы».

Туберкулезом в губернии страдало около восьми процентов коренного населения. В конце XIX века в России возникла «Лига борьбы с туберкулезом», символом которой стала белая ромашка. Вслед за губерниями российского центра в Уфимской губернии с 1910-х годов в весеннее время стали проводится «Дни Ромашки», во время которых гимназисты, студенты собирали в полях, а затем продавали букеты из ромашки, вели кружечные сборы в пользу больных туберкулезом и голодающих.

В связи с высокой заболеваемостью и смертностью от инфекционных заболеваний в конце ХIХ-начале ХХ веков начали создаваться научно-практические учреждения эпидемиологического профиля, разрабатывающие научно-методические вопросы борьбы с этими заболеваниями. В 1913 году в Уфимской губернии с населением 2810600 человек функционировало 85 больниц на 1718 коек, 44 фельдшерских пункта, 23 аптеки. В губернии работали 143 врача, 342 работника со средним медицинским образованием. Несмотря на некоторое улучшение медицинской помощи, в регионе сохранялся высокий уровень инфекционных и паразитарных болезней, младенческая смертность составляла 283 на 1000 родившихся живыми. Средняя продолжительность жизни составляла 32 года, каждый год на тысячу человек приходилось двадцать девять умерших.

Автор Сергей Синенко

АвтопубликаторБлог писателя Сергея СиненкоИстория и краеведениеистория,краеведение,Уфимская губернияСредняя продолжительность жизни в Уфимской губернии составляла 32 года Читая документы по истории Уфимского края, я наткнулся, как показалось, на опечатку – “в конце XIX века в Уфимской губернии средняя продолжительность жизни составляла тридцать два года”. Несомненно, это опечатка, нельзя и подумать о том, что сто лет назад жизнь была...Башкирия - Башкортостан Оренбургская Челябинская Самарская Нижегородская Свердловская область Татарстан Удмуртия Пермский край Мордовия Чувашия Марий Эл