kungur_441414

Город Кунгур Пермской губернии. Архивное фото

Пермский край, город Кунгур

Выкладываю статью уфимского историка и краеведа Руфа Гавриловича Игнатьева «Город Кунгур», опубликованную в «Пермские губернских ведомостях» в 1869 г. (1, 5, 8, 12, 15 и 19 ноября). Поразительный был человек: и все архивы были ему известны, и все города Урала и Поволжья объехал, почти во всех пещерах Южного Урала побывал… Легок был на подъем!

Статья Игнатьева о Кунгуре тамошним жителям не известна; вот пусть прочитают и уфимского историка поблогодарят. Материал я проиллюстрировал архивными фотоснимками храмов Кунгура. Замечу, все они сохранились, ни один не снесли — на карте действующих храмов Кунгура обозначены все. Этим маленький городок Кунгур отличается от некоторых соседей, в том числе, от Уфы, где почти все православные храмы были уничтожены — снесены, разобраны по кирпичу.

RufIgnatev

Руф Гаврилович Игнатьев, историк, этнограф, собиратель фольклора, археолог, исследователь Урало-Поволжья

Местоположение и история Кунгура

Кунгур находится при рр. Сылве, Ирени, Токве и при озёрах Кирасы и Кадошникове, на тракте из г. Перми в г. Екатеринбург, в 88 верстах от Перми и 274 от Екатеринбурга, от столичных же городов – С.-Петербурга в 2124 и Москвы 1451 вер. По географическому положению г. Кунгур состоит под 49° 53′ северной шир. 60° 16′ вост. долг., по 1-му меридиану.

Первоначальный город Кунгур был в 17 верст. от нынешнего, где теперь село «Старый Посад» или «Веселовка», при впадении речки Кунгура в Ирень.

Первоначальный Кунгур, получивший название от р. Кунгура, назывался острогом, т. е. крепостцей, и строителями его были выходцы из Чердыни, Соликамска, Вятки, Сольвычегодска, Кайгорода и Устюга Великого, крестьяне и монастырские люди.

Эти выходцы, в 1649 г., купили землю для острога у иренских татар, которые считались издавными владельцами земель по берегам Кунгура, Сылвы и Ирени, по писцовым книгам 1623–1624 годов. Царь Алексей Михайлович, в 1651–1653 годах, приказал утвердить за жителями Кунгурского острога купленные ими земли у иренских татар. Дёшево приобретались и большею частию обманом башкирские и татарские части без согласия всех волостных людей, а лишь по сделке с некоторыми, от чего в последствии возникли иски, жалобы, нападения с оружием…

Ioanpredte4_7733636

Никольская церковь при Иоанно-Предтеченском женском монастыре. Кунгур, архивное фото

Ioanpredte4_41523525

Уже в XVIII столетии правительство не могло не обратить внимания на такой порядок приобретения земель. Указом Сената 28 апреля 1789 г. строго воспрещены продажа, кортом и всякая уступка башкирских и других инородческих земель, без согласия всего общества, и указан порядок, как и где именно совершать на эти земли всякого рода акты.

Этот строгий указ был вызван поступком приказчика Демидова при покупке земель у Башкир Исетской провинции, на р. Исолиме, и противузаконными действиями Уфимской Провинциальной Канцелярии писца крепостных дел1, но мы кроме сего могли бы выставить много примеров из дел прошедшего столетия, особенно при покупке горными заводчиками инородческих земель, в архивах Главной Конторы Екатеринбургских заводов и частных заводских контор, которые сохранили много в этом роде любопытных актов, характеризующих вполне и век, и нравы…

Ранее XVIII века произвола было ещё более.

blagoveschenski_643634

Благовещенская церковь. Кунгур, архивное фото

Как только были приобретены Казань, Сибирь, Башкирия и проч., за исключением посланных на службу во вновь выстроенные города, тотчас началась русская колонизация. Сюда, на новые привольные места, тот час бросились из разных мест люди предприимчивые, бежавшие или от крепостной неволи, или от малоземелья, неурожаев, налогов, притеснений воевод и дьяков, или мало от каких невзгод на родине, и стали приобретать здесь земли и селиться на них.

Открытые потом рудные богатства привлекли сюда уже не служилых, не пахатных и торговых людей, а искателей руд и строителей заводов, вельмож, каковы: Глебов, Строгановы и проч., и купцов-миллионеров, каковы Твердышевы, Шелкуновы и проч. Тут уже была сила и сила, и произвол увеличился…

Вступая в сделки с русскими людьми, не везде правильно и без согласия всего мира, а лишь некоторых, инородцы заявляли споры, заводили иски, даже и в таком смысле, что переселенцы захватывали земли более чем следовало. К тому же инородцы были недовольны управлением воевод, увеличением среди их русского элемента, поведением русских людей.

Инородцы боялись, что Русские постепенно выживут их, магометане смотрели на Русских как на неверных, противников пророка. Бунты были часты.

Едва строгие, энергические меры правительства усмиряли один бунт, как начинался другой, а между тем сильно страдало русское население: инородцы грабили и жгли селения, резали жителей или продавали в неволю купцам.

Нападения взбунтовавшихся инородцев, как на пример, в известные в истории XVII века Акатьевский и Сеитовский бунты, бывали не только на беззащитные селения, но и на крепости. Такая участь постигла в 1662 году и Кунгурский острог.

vsexsvtyatskaya_46462462

Всехсвятская церковь. Кунгур, архивное фото

Как в остроге или крепости, в Кунгуре, конечно, были военные люди и оружие, но в 1662 году – Кунгурский острог взят приступом возмутившимися Башкирами, к которым присоединились бывшие владельцы здешнего места – иренские татары.

Острог разорён, жители его большею частию перебиты, только немногие успели спастись в лесах и пещерах по берегам рр. Ирени и Сылвы. На следующий год, по просьбе жителей, спасшихся от раззорения, царь Алексей Михайлович повелел отыскать другое, более удобное место, для возобновления Кунгурского острога, и так, в 1664 году, был заложен на берегах рр. Ирени и Сылвы, впадающих в р. Кунгур, где стояло тогда село «Мыс», «Мысовское», новый Кунгурский острог, но в 1673 году острог опять перенесён на другое, нынешнее его место, к горе, на самую высоту берегов рр. Ирени и Сылвы.

По писцовым книгам 1684 года в г. Кунгуре показано (приведём подлинные слова писцовых книг): «стена деревянная, рубленная в клетки, с восьмью башнями тоже деревянными, в клетки рубленными, из них 2 башни с воротами, в которые в крепость въезжать, а из тех 8 башен единая «Тихвинская», другая «Спасская», на них иконы Спаса, да Тихвинския Божия Матери, да у Тихвинской башни тож часовня древянна, в клетки рубленная, в ней образы писанных и медных до 30, а близ часовни воеводский дом и приказная изба, да тюрьма, да застенок камен2, сарай древян пушечной и пищальной, в нём же 9 пушек чугунных, да пищалей 11, да 8 фузей, винный подвал древянный.

А в городу церковь древянна, рубленная клетки, во имя святыя великомученницы Параскевы, нарицаемыя Пятницы; у тоя же церкви особо колокольница древянная ж, крытая тёсом; на колокольнице восемь колоколов весом от 10 пуд до 1½ фунта, медныя.

В церкви иконостас работы столярной, окрашен краской зелёной, и на нём резьба с позолотой; царские врата двухстворчатые глухие, на них образы Благовещения и Евангелисты и св. Параскева писаны.

В иконостасе иконы на 4 яруса писаны, на 1 ярусе у икон венцы серебряные и на иконах Божия Матери Тихвинския, да св. Параскевы цаты1 серебрянны ж; завеса на царских вратах штофа зелёного, а на св. престоле одежда штофная с травами2 и на жертвеннике тож, а на св. престоле евангелия – едино апраксос3 обложено парчёю, да серебренныя на нём св. Евангелисты, а иное евангелие письменное обложено бархатом алым, и на нём св. распятие, с предстоящими Матерь Божию, да евангелистом Иваном Богословом; на престоле ковчежец оловянен для св. даров; сосуды един сребрян и един оловянный и к ним блюдца и ковши; во св. алтаре и пред иконостасом шанданы (подсвечницы) древянны окрашены, а риз священнических со стихари парчи 1, штофная синяя 1, изуфры жёлтой4 с травами 1, штофа жёлтого 1, канифасная 1, холщёвая синяя 1, чёрная шёлкова 1, холщёвая белая 1; а книг весь круг церковный вполным вполне; а кадила два едино медное, а другое посеребренное, и такияж 3 блюда, чаша водоосвящённая и купель медная, только вылуженные.

Около церкви 2 часовни древянных и место огорожено для новой церкви, коя строится будет каменная (т. е. это, вероятно, нынешний Благовещенский Собор), да тут же и ряды деревянны, в них же лавок купецких до 30, да лабаз и тут же торжки бывают.

А улиц в Кунгуре:

Параскевинская, а в ней 4 двора поповских, да дьякский, 3 купецких, 3 посадских, да стрелецких 2, да пушкарьской 1, да крестьянских 4; Андреевская, в ней дворов дворянских 5, стрелецких 4, купецкой 1, посадских 28, крестьянских 2, монастырских 2;

улица Хмелевская, а в ней дворов дворян и подъячих 8, купцов 4, посадских 30, крестьянских 41, стрелецких и пушкарьских 18;

улица Береговая с проулки домов дворян 2, купцов 2, посадских 32, стрелецких и пушкарьских 17, монастырских 4, крестьянских 4;

Песчаная с проулки, в ней домов дворян 1, купцов 4, посадских 34, монастырских крестьян 42, стрельцов 40;

Антоновская, в ней дворов подъячих 3, купцов 2, посадских 21, крестьян 6, пушкарей 4, стрельцов 10; Безымянная большая, в ней дворов посадских 24, стрелецких 3, крестьянских 20;

Малая Безымянная, в ней дворов посадских 28, крестьянских 8, стрелецкой 1, купеческой 1. Таков был Кунгурский острог во 2 половине XVII века.

Alexeevskaya_26464636

Алексеевская церковь. Кунгур, архивное фото

Писцовая книга поименовывает каждый двор, кому он принадлежал, называя хозяина по званию, имени и фамилии, но не объясняет ничего о числе жителей, далее уже идёт перепись селений Кунгурского округа или уезда. Составителем писцовой книги был подъячий Казанского Приказа Гаврило Протопопов.

Впрочем, главная цель писцовой книги была повидимому опись земель по живым урочищам, – так описаны земли около Кунгура, принадлежащие жителям. Кунгурская писцовая книга в копии, откуда заимствовано настоящее известие, принадлежит оренбургскому мещанину Казанцеву. К сожалению в книге не достаёт начала и конца, и мы не знаем, по чьему распоряжению и с какой целью сделана опись Кунгурской округи, только в некоторых местах сказано: «а сего лета 7192», т. е. 1684 года, что и указывает, что писцовая книга составлена была в этом году.

В дополнение этой описи Кунгура, составленной подъячим Протопоповым, находим следующее известие. Укрепление Кунгура было устроено иждивением жителей и окрестных крестьян и называлось кремлём, который имел в окружности 323 саж. и находился там, где теперь Благовещенский собор.

В кремле, имевшем вид четвероугольника с бойницами, вышиною каждая в 3 саж., было восемь башен: Спасская, Благовещенская, Алексеевская, Тихвинская и Преображенская, – остальные 3, кажется, не имели особых названий, а первые пять названы в честь бывших на башнях икон. Спасская и Благовещенская башни были с воротами, первая была выше прочих

и на верху имела двуглавого орла. С южной стороны крепости были выкопаны рвы с валами, которые, как можно предположить, были возведены в разное время, по мере распространения города. Остатки рвов и валов и теперь видны только в огородах некоторых домов: они начинались у левого берега р. Сылвы и тянулись по горе до правого берега р. Ирени.

Предпоследним валом с юговосточной стороны была деревянная стена с 3 башнями, из них 1 у р. Ирени называлась – «Алексеевскою», 2 на горе – «Тихвинскою», 3 под горою у р. Сылвы – «Никольскою». Кроме того на правом берегу Сылвы обывательские домы были огорожены деревянною стеною с въезжею башнею «Преображенскою», которая сохранилась и теперь и к чести жителей г. Кунгура постоянно поддерживается поновлением крыши.

С этою башнею связано историческое воспоминание: здесь кунгурские жители в 1774 году, отразили нападение на город Башкир, и в память события каждогодно, 6 августа, в день праздника Преображения Господня, бывает сюда крестный ход из приходской церкви Тихвинской Божией Матери. С западной стороны Кунгур, недалеко от соединения рр. Сылвы и Ирени, был огорожен деревянною стеною с воротами; кроме того со всех сторон пред стенами стояли рогатки.

Когда и по чему именно истребились все эти укрепления, кроме Преображенской башни, – неизвестно. В царствование Петра I Кунгур снабжался артиллериею и припасами из сибирских казённых заводов, старанием бывших в Сибири ближних бояр и воевод, князей Михаила Яковлевича и Алексея Михайловича Черкасских.

Так, говорят, пушки на лафетах стояли до 1790 года у северного крыльца Благовещенского собора, в два ряда к Спасским воротам1, но эти ворота уже не башня, кажется, а нынешние так называемые Спасские ворота, в ограде собора, уважаемые народом по иконе Спасителя, вероятно, бывшей прежде на башне. К этим воротам, в память, как говорят жители, избавления от Пугачёва, от среды 3 недели по Пасхе или Преполовения и до 18 августа, когда празднуется Нерукотворенному Спасу, каждый воскресный и праздничный день, пред литургиею бывает из Благовещенского собора крестный ход и служится молебен Спасителю. Иконы на башнях и часовнях безспорно послужили, со временем разрушения города, к созданию в честь их церквей.

Заботясь об увеличении жителей в Кунгуре, правительство дозволяло в первые времена селиться здесь всякому, кто хотел, – даже крепостной крестьянин делался здесь свободным.

В краткой летописи г. Кунгура читаем: «А по указу Великаго Государя Царя и Великаго Князя Петра Алексеевича, всея Великия, Малыя и Белыя России Самодержца с Москвы из Ратуши, а в оную по указу ж Великаго Государя, из Сибирскаго Приказу, пришлых на Кунгур из разных городов к посадским людям и уездным крестьянам из за помещиков и вотчинников, из за монастырей, до состоявшагося их же, Великих Государей и Великих Князей, в 7193 (1685) году, указа, в переписных 1686 году книгах написанных, велено быть на Кунгуре и никуда не высылать, и помещикам и вотчинникам не отдавать»1.

До 1703 года Кунгур был в ведении Казанского Приказа, но уже звался городом.

Название города бывший Кунгурский острог, вероятно, получил в то время, когда был перенесён на последнее место, и когда в 1673 году была устроенакрепость или кремль особо от прочих строений, на горе, где теперь собор. Таким образом составились особо кремль или собственно город, где жил воевода и где были канцелярия, тюрьма и проч., и особо предместье города, или посад, но посад, как мы видели, также укреплённый, так что неприятель не мог проникнуть в центр города иначе, как чрез двойной ряд укреплений.

skorbyaschenskaya_7477373

Скорбященкая церковь. Кунгур, архивное фото

skorbyaschenskaya_266436346

По словам автора «Хозяйственного описания Пермской губ.», Кунгур управлялся сначала бургомистрами, избранными из жителей, а потом уже в XVIII столетии воеводами3. Но едва-ли крепость, населённая военными людьми, могла быть в управлении купца или посадского, выбранного бургомистром, и едвали бургомистр, положим – хозяин города, чинивший суд и расправу над купцами, посадскими и крестьянами, мог начальствовать над стрельцами и пушкарями. Не было и не слышно примера этому в допетровской России!

Предание о построении Благовещенского собора в начале XVIII столетия говорит, что собор построен на сумму, собранную Кунгурским воеводой, по 25 к. ас. с души4. Первым Комендантом в Кунгуре был Полковник Иван Васильевич Воронецкий, но ранее того по указу Сибирского Приказа, от 13 июня 1710 года, г. Кунгур, за дальним разстоянием от Москвы, был поручен князю Василию Ивановичу Куракину, что и продолжалось до 1719 года5.

Впрочем, что касается более древнего быта г. Кунгура, то он весь основан на преданиях; архивы первых времён Кунгура истреблены пожаром1.

В XVIII столетии и до усмирения Пугачёвского бунта, Кунгур не раз подвергался опасностям. В 1708 году возмутившиеся Татары и Башкиры опустошили селения в 50, 70 и 80 верст. от Кунгура и угрожали городу, но идти на него не решились, – укрепление и то, что в городе есть войско, устрашили бунтовавших Татар и Башкир.

В 1736–1737 годах возмутились Уфимские Татары и Башкиры, к ним тотчас же пристали инородцы Кунгурского уезда, и окрестности Красноуфимска и пригорода Осы были опустошены; но Кунгур остался опять спокоен, так как возстание было подавлено войсками прежде, нежели Башкиры и Татары успели двинуться на Кунгур.

В 1755 г. было снова башкирское возстание, – возмутились Башкиры Осинской округи Гаинской волости. Кунгур был готов к защите, но возстание было снова подавлено, снова Башкиры не только не дошли до Кунгура, но даже не могли проникнуть в Кунгурский уезд. В усмирении Башкир принял живейшее участие оренбургский губернатор Неплюев, послав сюда два регулярных конных полка.

27785510

Вид на строения и храмы Богоявленского женского монастыря. Кунгур, почтовая открытка

Между тем в эти времена, в XVIII столетии, Кунгур быстро развивался и увеличивался; в нём проживало уже много людей торговых и промышленных. Академик Лепёхин видел Кунгур в 1770 году и говорит, что в нём 2000 ж., кожевенные и мыльные заводы, строение хотя хорошее, но исключительно деревянное, кроме 6 церквей, ратуши, воеводского дома, канцелярии, денежного питейного выхода и острога, что кунгурский кремль и все деревянные укрепления города ветхи и развалились и что прежде до того был пожар3. Значит, ещё не задолго до Пугачёвщины существовали кунгурские укрепления.

Есть ещё предание, что эти укрепления, за исключением Преображенской башни, сломаны во время учреждения Пермского Наместничества, в 1782 г., когда к этому наместничеству был причислен г. Кунгур. Старый кремль и стена видали ли приступы к городу Башкир в пугачёвщину?

В XVIII столетии, в Кунгуре построены следующие церкви. В 1700 г. основан, а в 1704 освящён каменный Благовещенский собор, на сбор жителей по 25 к. с души, как распорядился воевода. В 1740 году выстроена близ собора тёплая церковь (собор холодный) в честь Богоявления Господня с

приделом св. мученицы Параскевы в честь бывшего на этом месте храма Параскевинского, о котором говорили выше, – значит, в это время сломали старую деревянную Параскевинскую церковь, современную основанию города. В 1744 г. торговавший в г. Кунгуре слободской купец Леонтий Песьяков построил небольшую каменную церковь св. мученика Мины, и проходящая здесь улица прозвалась «Мининскою».

В 1755–1761 гг. купцом Иваном Михайловичем Хлебниковым построена церковь Успения Богородицы, с 2 приделами. Сын Хлебникова Тимофей Иванович устроил при Успенской церкви женскую богадельню. В 1756 году, на пожертвование разных лиц, а главное на взнесённые воеводой Юрием Афанасьевичем Матюниным 700 р., построена каменная церковь Тихвинской Божией Матери с приделом св. Иоанна Богослова. В 1768 году построитель Успенской церкви Иван Михайлович Хлебников основал новую двухэтажную каменную церковь Преображения Господня.

В 1787 году, на сумму, пожертвованную купцом Семёном Васильевичем Юхневым, построена на кладбище церковь св. Иоанна Предтечи с приделом св. Николая чудотворца; но ранее сего, в 1775 г., другой Юхнев, Егор, при Тихвинской церкви устроил богадельню для мужчин, а сын его Василий в последствии взнёс в казну сумму на устройство при этой церкви училища1. И так Кунгур, которого сначала единственною церковью был Собор, разделился на приходы.

Строителями церквей наиболее являются купцы и в особенности Иван Михайлович Хлебников, который по преданию вёл значительную торговлю салом, кожами, хлебом и скотом. Ив. Мих. Хлебников был человек в высшей степени предприимчивый, а может быть по своему времени и передовой.

Он, между прочим, соединил каналом озеро Кадошниково с р. Сылвой, которое находится в черте города и летом совсем высыхает.

voznesenskaya_4646262

Вознесенская церковь. Кунгур, архивное фото

Кунгур, издавна промышленный и торговый город, в XVIII столетии явил много замечательных личностей из среды своего купечества и между прочим купцов Тимофея и Осипа Шевкуновых, по имени которых одна из кунгурских улиц прозвана «Шевкуновскою». Из окрещённых Башкир дер. Красный яр, вписанные сначала в число посадских людей или мещан г. Кунгура, что было в конце 1720 годов, братья Шевкуновы, не далее как в 1743 г., уже винокуренные заводчики, поставщики вина в разные города.

Матвей Шевкунов, в 1735 г., ещё будучи посадским, выбирается, помимо купцов, в бургомистры; из винокуренных заводчиков, не оставляя этого промысла, делается горным заводчиком и в 1750 г., за особое усердие в приискании медных руд и устройстве заводов, получает привиллегию и для постройки вновь медиплавильного завода отвод земель и лесов по 27 вёрст 50 саж. в длину на каждую сторону.

Так основан был Шевкуновыми в Уфимской провинции, Осинской округи, при р. Уе – Уинский медиплавильный завод1. Шевкунов, по примеру других заводчиков из купечества, мог быть возведён в потомственное дворянство и чины. Домогались, кажется, последнего и не видя к этому другого исхода, Осип Шевкунов, человек средних уже лет, в 1765 г. подал Императрице Екатерине II просьбу о принятии его в гвардию. Шевкунова приняли солдатом на праве вольноопределяющихся.

Дальнейшей судьбы мы не знаем, – знаем одно, что Осип был везде вместе и делил все труды Тимофея Шевкунова.

Кожевенные и мыловаренные заводы находим в Кунгуре ещё в XVIII столетии. Самый старший из кожевенных заводов устроен в 1724 г., мыловаренный в 1744.

В 1712 г., уфимский житель, рудопромышленник Огнев объявил управлявшему Кунгуром, дьяку Окоёмову, медную руду на р. Гаревой. В следствие сего, по указу сибирского губернатора, князя Гагарина, построен был медиплавильный завод, в 40 саж. от г. Кунгура, и в том же году выплавлено для образца 30 пуд. 20 фунт. чистой меди, и в награду за то губернатор приказал выдать Окоёмову 100 р., а 2 плавильщикам по 10 р.

В 1713–1715 гг. добычею руд и плавкою меди занимались комендант Леонтий Шокуров и сын его Лев Шокуров, за что им выдана награда деньгами, хлебом и вином2. При приемнике Шокурова, коменданте Синявине, приехал в Кунгур, для изследования медной плавки, князь Солнцев-Засекин, – но от небрежности бывших при князе солдат и плавильщиков завод сгорел в ночь на 30 октября 1716 г. В 1717 г. князь построил на месте сгоревшего новый завод и стал продолжать плавку меди.

Комендант Синявин усердно содействовал этому делу, так что в 1717 и 1718 гг. выплавлено меди 200 пуд.; 188½ пуд. отправлено в Москву, остальное количество в Тобольск. Ещё в управление Шокурова, в 1715 г., медь с Кунгурского завода была испытываема при московском монетном дворе, и по изследованию надзирателя Ивана Ланга оказалось, что из фунта кунгурской руды выходит 31 золотник (вероятно, чистой меди), да ¾ золотника серебра, вместе с тем из другого тут же представленного образца извлечено 15 золотников.

Это изследование возбудило справки о месторождении серебросодержащей руды, но в то время Леонтий Шокуров умер, а другой никто не знал, откуда именно взяты им были руды, посланные в Москву.

Nikolski_hram_346736733

Никольский храм. Кунгур, архивное фото

Когда в 1718 г. кунгурский комендант Синявин уехал в Тобольск, место его заступил полковник Воронецкий. Этот комендант иначе взглянул на дело.

Не желая почему-то попасть в ведение горного начальства или учреждённой тогда Государственной Берг-Коллегии, Воронецкий запретил поиск медных руд, а комендант Усталков рудоискателей сажал под караул, морил голодом, бил плетьми и ставил на снег босиком, чтобы люди не работали. Такими способами Воронецкий наконец добился, что рудокопатели дали ему, в 1719 г., оффициальное показание, что во всём Кунгурском уезде медных руд нет… Но Воронецкий ошибся.

В 1720 году Государственная Берг Коллегия отправила в Кунгур для управления горными делами здесь и в Сибири известного Василья Никитича Татищева, вместе с бергмейстером Блиером, и поручила Татищеву изследовать причину остановки кунгурского медиплавильного завода.

Прибыв в Кунгур, Татищев произвёл следствие о поступках коменданта Воронецкого, но ни откуда не видно, чтобы Воронецкий был хотя удалён от должности, также не видно, чтобы приемником или предместником Воронецкого был комендант Усталков. Татищев добился одного, что опять начались поиски руд в Кунгурском уезде; найдено несколько новых месторождений медных руд, между прочим на р. Мулянке Кунгурского уезда, но плавки медных руд в начале управления Татищевым Уральскими заводами, с 1720 по 1722 г., вовсе не производилось.

Осенью 1722 г. прибыл на Урал новый начальник заводов генерал Геннин и, осмотрев кунгурские медные рудники и заводы, нашёл, что Кунгурский медиплавильный завод устроен на неудобном месте и совсем почти (так скоро) разрушился, – почему и решился построить новый завод на реке Ягошихе, в полуверсте от впадения её в Каму. В 1724 г. Ягошихинский медиплавильный завод пущен в действие.

Так окончились существование в Кунгуре завода и добыча в окрестностях его медных руд. Однакож в Кунгуре было управление делами заводов под именем Кунгурского Горного Начальства, и дела его с 1720 по 1782 г., когда последовало открытие Пермского Наместничества, хранятся в архиве Главной Конторы Екатеринбургских заводов.

Теперь в г. Кунгуре показывают только место, где был некогда медиплавильный завод, подававший надежды…

preobrazhenskaya_3637373

Преображенская церковь. Кунгур, архивное фото

В административном отношении г. Кунгур первоначально был в владении Казанского Приказа, в 1703 г. в ведении Сибирского Приказа, а в 1708 г., как мы видели, за отдалённостию от Москвы, был поручен Князю Гагарину.

В 1719 г., по присланному от сибирского губернатора, князя Алексея Михайловича Черкасского, учинённому, как сказано, в Сенате, по Именному Его Царского Величества указу, всем губерниям росписанию на провинции, г. Кунгуру велено быть в ведомстве Вятской провинции.

В 1724 г. Кунгур, по указу Сената, по отдалённости от Вятской и близости к Соликамской провинции, причислен к составу последней, но в 1737 г., по представлению тайного советника Василия Никитича Татищева, начальствовавшего над уральскими заводами и Оренбургскою военною коммисиею, вместе с генерал-майором Салмановым, для лучшего содержания Башкир в покорности, Кунгур сделан провинциальным городом Пермской провинции.

По духовным же делам Кунгур тогда подлежал архиереям Вятским и Великопермским. Более старые кунгурские храмы, как то: Благовещенский собор и церковь Богоявления Господня, освящены по благословению архиепископа Дионисия и епископа Вениамина Вятских и Великопермских. Пугачёвский бунт застал Кунгур провинциальным городом, но с ветхими ненадёжными, по словам академика Лепёхина, укреплениями.

Пугачёвщина осталась и теперь на памяти здешних жителей, хотя Пугачёв и не был около Кунгура и, вероятно, никогда не думал брать его приступом. Пугачёв, в первом допросе, отобранном от него в Яицком городке, в отдельной секретной коммисии, 16 сентября 1774 года, показал, что после занятия им Красноуфимской крепости, или нынешнего города Красноуфимска, он имел дело с полковником Михельсоном и потом, как сражение не имело никаких особых последствий, он, Пугачёв, пошёл на пригород Осу, который ему сдался и который он выжег при выступлении, а из Осы пошёл в Казань, Михельсон же после сражения близ Красноуфимска направился в Кунгур.

65910796

Вид на центральную часть города Кунгура. Ретушь по фото XIX в.

Пугачёв не был под Кунгуром по причинам, от него не зависевшим, но Кунгур не мог не ожидать его нападений или же нападений волновавшихся Татар, Башкир и заводских крестьян, которые, вовсе не принадлежа к скопищам самозванца, сами из себя составляли шайки, избирали предводителей, раззоряли селения, грабили и резали, нападали на города, заводы и вообще на места людные и богатые.

Все эти шайки и их коноводы, кажется, без всякой политической цели поддерживали мнимого Петра III, а просто на просто пользуясь смутным временем из желания грабежа, из за мести к владельцам, – как например: заводские крестьяне, и за свои старые обиды, как например: инородцы, прежде того постоянно бунтовавшие, – неистовствовали, не спрашиваясь никакого Пугачёва.

К этим шайкам безспорно приставали и такие люди, которые действительно были в толпах Пугачёва. Так, в декабре 1773 г., Башкиры и Татары раззорили в Осинской округе Уинский медиплавильный завод, бывший кунгурского купца Тимофея Шевкунова, и проданный им коллежскому ассесору Савве Яковлеву, и другой завод Яковлева, Шермяитский, так что когда действительно пришёл сюда вскоре после того сам Пугачёв, то увидел заводы раззорёнными прежде1, конечно, без его приказания и даже совсем не его шайками…

А сколько было подобных происшествий, о которых, что очень справедливо, не допрашивала Пугачёва ни одна следственная коммисия.

В Кунгуре ни начальство, ни жители не могли знать, кто на них нападёт, Пугачёв или другие, но все должны были ожидать, что кто нибудь да нападёт… Всё волновалось вокруг Кунгура – инородцы и крепостное заводское население.

Купцы стали во главе защитников города; они пожертвовали на защиту 1768 р. 57 к., немаловажную по времени сумму, и кроме того сами поголовно вооружились. Особенное усердие оказали тогда бургомистр Филип Кротов и купец Емельян Хлебников. (Не сын ли Ивана Михайловича?).

Между тем прибыл в Кунгур командированный ассесор Екатеринбургской Канцелярии Главных заводов Управления Башмаков, который должен был узнать мнение крестьян и разъяснить им, кто такой Пугачёв. По просьбе Кротова Башмаков прислал в Кунгур несколько пушек, которые после, в 1775 году, опять возвращены в Юговский завод, откуда были взяты Башмаковым в 1774.1 Башмаков распоряжался как хотел.

Чиновники со страху ушли из Кунгура, оставались купцы, и Башмаков послал туда шихмейстера Солнопекова укрепить город, а жителям велел слушаться его под опасением смертной казни.

Солнопеков действовал также самостоятельно; он укрепил город, выслал от туда всех арестантов в Кушвинский завод и взял с жителей слово защищаться до последней крайности.

Бывший пред этим в Кунгуре с рекрутскою партиею майор Попов возвратился в Кунгур, убедив кунгурского воеводу возвратиться к своей обязанности; сюда же прибыл посланный горным начальством из г. Екатеринбурга поручик тамошней военной команды Посохов с 100 чел., набранными из заводских мастеровых и крестьян, вооружённых по казацки, и с двумя пушками.

bogoyavlenski_4144141

Богоявленский храм. Кунгур, архивное фото

bogoyavlenski_906545684

Шайки грабителей приближались, но жители ободрились; ими овладело религиозное чувство, они пели молебны, обходили город с св. иконами, поднимали из Тихвинской церкви чтимую икону Тихвинской Божией Матери, вероятно, бывшую некогда на башне. Ждали чуда и все были уверены, что св. священномученик Климент спасёт город…

Кунгурский соборный протоиерей Иоанн Пантелеймонов получил от предводителей шаек письма, поданные ему лично чрез священников сёл Михаловского и Скоропосадского, вероятно, вынужденных к тому страхом; грабители писали, чтобы протоиерей убедил жителей к сдаче города. Протоиерей представил письма и самих священников в Магистрат2.

Первый приступ к городу, накануне 4 января 1774 года, был не только отражён, но грабители бежали. Поручик Посохов до того увлёкся успехом, что с небольшим числом людей пустился в погоню, но попал в засаду и был убит. Новые приступы 9, 11 и 15 января были отбиты майором Поповым и

другими храбрыми защитниками Кунгура. В последний приступ у грабителей отбито 5 пушек и много снарядов, убито 50 ч. и взято в плен 161 ч.; из кунгурцев же, говорят, был ранен один мещанин или посадский и не было ни одного убитого… В это время подошёл на помощь городу посланный Башмаковым гиттен-фервалтер Никонов с 170 ч. команды, набранной из заводских людей, и с 108 ружьями.

Башмаков велел Никонову как можно стараться спасать Кунгур, куда в то же время шёл посланный из Казани известным Бибиковым майор Гаврин с 200 ч. солдат. Видя, что все дороги к Кунгуру заняты шайками и Гаврину трудно пройдти, Башмаков усилил его отряд 60 челов. казаков из юговских заводских крестьян и 200 чел. Из жителей села Муллов.

Таким образом Гаврин с 400 ч. достиг Кунгура к 25 января. Между тем за два дня до его прибытия был новый приступ, снова отбитый со славою; отличились Попов и Никонов, храбро бились купцы Кротов и Хлебников, восемь человек купцов было убито, но враги бежали от города, защитники же его ободрились, так что Гаврин и Попов пошли за ними в погоню и 30 января разбили шайки грабителей при селе Ордынском, в 28½ в. от Кунгура.

Существует в народе предание, что когда во время последнего приступа к городу, 23 января, жители с крестным ходом, подняв из Тихвинской церкви икону Тихвинской Божией Матери, вышли на вал, то грабители, увидя на валу множество народа и не поняв, в чём дело, испугались и побежали…

Кунгур был спасён. Императрица Екатерина II узнала о том из всеподданнейшего доклада Сената 28 июля 1775 года; майор Попов был произведён в подполковники; Кротков и Хлебников пожалованы шпагами; городу прощены недоимки прежних лет в числе 5069 р. 95 к.; 8 убитых велено считать за имеемых впредь быть взятыми с города рекрут; был бы, конечно, награждён Никонов, но он, вскоре после освобождения Кунгура, убит в сражении в Пугачёвым под г. Красноуфимском.

Неизвестно, чем награждён Солнопеков, участвовавший после защиты Кунгура во многих сражениях в отряде майора Гаврина, от которого сей нижний горный чин, 1 сентября 1774 г., получил похвальный лист2. Труса-воеводу и его товарища убрали из Кунгура ещё во время осады; воеводой был Никита Иванович Миллер с товарищем Иваном Семёновичем Кудрявцевым, на их место, говорит предание, приехал надворный советник Голубцов.

Отразив шайки грабителей, кунгурцы боялись нападения настоящего Пугачёва (что было основательно), услыхав, что он взял пригород Осу; но Пугачёв, как известно, пошёл на Казань, и опасность для Кунгура совершенно миновалась.

Радовались и немогли не радоваться и не славить Бога спасённые от бед жители Кунгура. Город спасён в день св. Климента, 23 января, но жителям был и прежде памятен этот святый, потому что в этот же день, в 1704 году, освящён Благовещенский собор.

uspenskaya_75732426

Успенская церковь. Кунгур, архивное фото

В память спасения Кунгура была написана икона трёх святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоустого и св. священно-мученика Климента, с следующей внизу надписью:

«В лето от Р. Х., в 1774, 23 января, на память св. священномученика Климента, (когда) г. Кунгур отсильных разбойника и изменника Емельки Пугачёва шаек, собранных из Башкир, красноуфимских казаков и здешняго уезда Татар и русских крестьян, коих примерно было до 7000 человек, помощию Божиею и молитвами Пресвятыя Богородицы, нарицаемой Тихвинския, и угодника священномученика Климента, от злодейскаго наступления избавлен, и от града те злодеи отбиты прочь, без всякаго урона с нашей стороны. А 30 генваря, на память трёх святителей, – Василия Великаго, Григория Богослова и Иоаннна Златоустаго, те, скопившияся в Одре, злодейския шайки секунд-майорами Паповым и Гавриным в конец разбиты и все у них орудия и порох отняты».

Эта икона, богато украшенная, находится в Благовещенском соборе. Как полагают и против чего нельзя спорить, шайки грабителей, по крайней мере, большинство их, были остатки скопищ Чики Зарубина, осаждавшего г. Уфу, но разбитого на голову полковником Мехельсоном под селом Чесноковкой, в 18 верстах от г. Уфы.

От Уфы идёт прямой путь на г. Кунгур. Кроме этой иконы, в память избавления г. Кунгура установлено, 23 января, праздновать Тихвинской Божией Матери.

Накануне этого дня, во всех церквах г. Кунгура совершается всенощное бдение, а в самый день 23 января из Тихвинской церкви, пред литургиею, бывает крестный ход в Благовещенский собор. В этом ходу носят икону Тихвинской Божией Матери, а городской голова или старший по нём из служащих граждан несёт знамя, оставшееся в Тихвинской церкви.

Это знамя из шолковой материи с вензелем Императрицы (Екатерины II) и буквами К. Ю. З. Н., что, как полагают, означает: «казённаго Юговскаго завода начальника», каковым был во время осады Никонов, по преданию, женатый на дочери бургомистра Кротова.

Второй крестный ход бывает из Тихвинской церкви 26 июня, в день праздника св. иконе, которую носят на то самое место, куда выносили её во время приступа 23 января 1774 года, и здесь совершается молебствие.

Впрочем, это место избрано уже гадательно, и самое знамя, которое до тех пор хранилось в бывшем городническом правлении, а прежде того, вероятно, было в воеводской или провинциальной канцелярии, отдано в Тихвинскую церковь в 1830 годах пермским губернатором Тюфяевым. Тюфяев оставил по себе память проведением новой улицы, названной «Тюфяевскою».

Мы говорили уже о других крестных ходах, установленных в память избавления города, из собора к Спасским воротам и из Преображенской церкви к деревянной башне, называемой «Преображенскою».

Неизвестно, почему и когда установлены в Кунгуре ещё 3 крестных хода: один – из Успенской церкви, 1 августа, за р. Ирень, к часовне, где совершается молебствие Спасителю, Божией Матери и всем Святым, и другие два из той же Успенской церкви, 18 августа, в день памяти св. мучеников Фрола и Лавра, и в праздник сошествия святого Духа, в церковь Всех Скорбящих.

Эта церковь построена только в 1860 г., почётным гражданином, 1 гильдии купцом Павлом Егоровичем Кузнецовым, прежде же на этом месте издавна стояла часовня, где были иконы сошествия св. Духа, св. Фрола и Лавра и Божией Матери «всех скорбящих радости»; в эту часовню совершались до построения церкви эти 3 крестных хода из Успенской церкви. Причину учреждения и этих крестных ходов едвали нельзя искать также в спасении Кунгура в 1774 году.

Но Кунгур всё таки пострадал во время нападения на него грабителей, а более всех потерпело убытков здешнее купечество. У купцов разграблено и сожжено хлебопашенных дворов с припасами и другим имением на 8548 р. 95 к.1 За то, вслед за смутным и тревожным временем, увеличились население, торговля и промышленность города, он украсился новыми постройками и постепенно проведёнными несколькими новыми улицами.

В конце XVIII столетия население Кунгурской округи или уезда до того стало многочисленно, что многие из уездных жителей по малоземелию устремились в Башкирию, в нынешний Златоустовский уезд, Уфимской губернии, где из кунгурских переселенцев или – как их здесь называют – кунгуряков составились 3 волости – Ярославская, Сикиадская и Белокатайская.

На новом жилье кунгуряки сохранили свой прежний быт, одежду и даже наречие, чем и отличаются от прочих переселенцев Уфимской губернии; кунгуряки – лучшие земледельцы, люди большею частию зажиточные; они оживили пустынные степи Башкирии и плуг кунгуряка прошёл там, где никогда не проходил, быть может, от сотворения мира.

В 1781 г., 27 января, последовало Высочайшее повеление об открытии Пермского Наместничества; при этом бывший медиплавильный Ягошихинский завод, построенный генералом Генниным в царствование Петра Великого, в 1724 г., при р. Каме и устье р. Ягошихи, назван губернским городом Пермью, а Кунгур, с его округом, назначен уездным городом Пермского Наместничества.

Зимой того же года торжествовали кунгурские жители открытие уездного города, при чём на иренском мосту были выстроены триумфальные ворота на четырёх столбах; ожидали прибытия пермского генерал-губернатора, генерал-поручика Евгения Петровича Кашкина, и многих из знатных особ и высших чинов наместничества. (Желательно было бы знать о подробностях торжества).

Тогда же открыты в Кунгуре Уездный, Нижний и Верхний Земские Суды, Дума, Словесный и Сиротский Суд, Городническое Управление и Ремесленная Управа. Неоконченные дела бывшей Провинциальной Канцелярии переданы в Наместническое Правление и в губернские присутственные места, а оконченные поступили в ведение архива Уездного Суда; Магистрат же существовал в Кунгуре по прежнему.

Дела бывшей Пермской Провинциальной Канцелярии, в особенности крепостные, столь интересные для истории горных заводов, из Пермской Палаты Уголовного и Гражданского Суда и Кунгурского Уездного Суда, ныне соединённого с Пермским, отосланы в Московский архив Министерства Юстиции.

mininskaya_780675494

Мининская церковь. Кунгур, архивное фото

От бывшей Провинциальной Канцелярии сохранились в Кунгуре лишь исковые и следственные дела и книги на записку паспортов и челобитных с 1736 по 1781 г., – дела переплетены и сшиты в столбцы, – а в архиве бывшего Магистрата находятся следственные и исковые дела с конца 1720 годов; в архиве Думы, в старину Ратуши, до открытия уездного города, только одно дело 1782 г., об окончании ревизской переписи, а прочие дела с 1792 года, и именно: о податях, о выборе должностных лиц, о сдаче ими один другому дел и сумм, об учреждении ярмарок, о доходах и расходах города, о приписке в городские сословия, о взыскании недоимок.

Всё это, впрочем, интересные материалы для истории города, но они требуют громадных трудов для разработки. В делах архива Пермского Губернского Правления хранится много ещё актов, касающихся бывшей до открытия Наместничества Пермской провинции, центр управления которою был в Кунгуре.

Эти дела, как мы говорили, переданы в 1782 г. в Наместническое Правление, в 1796 г., по уничтожении наместничества и образовании Пермской губернии, переданы в архив Губернского Правления. Дела бывшей в г. Кунгуре Пермской Провинциальной Канцелярии с 1744 по 1782 год находятся в связках. Здесь есть и относящиеся до г. Кунгура, по крайней мере, судя по описи; но, к сожалению, большая часть из них ещё не на лицо;

так например: утеряны значащиеся по описи – книга седменная Кунгурского уезда, без означения года, и г. Кунгура и уезда 7158, то есть: 1654 г., равно книга указная землям кунгурских крестьян 7184 г., т. е. 1660 г. Тут же, в архиве Губернского Правления, находим уголовные дела, без описи, в нескольких томах, большею частию переплетённых в кожу.

Между ними есть много дел, подлежавших суду Тайной Канцелярии «за слово и дело». Дела, вероятно, потому не попали из Пермской Провинциальной Канцелярии в Тайную, что большею частию слово и дело было сказано в пьяном виде, по злобе и т. п., так что сказавшие »слово и дело», большею частию, отрекались от него прежде, нежели были отсылаемы в Тайную Канцелярию.

Это отречение однаж, как видно из дел, не избавляло кричавших государево слово и дело от пыток, и кончалось, смотря по вине, наказанием за несправедливо выкрикнутое слово и дело батожьём, плетьми и даже кнутом. Закон повелевал сказывавших слово и дело посылать в Тайную Канцелярию или до неё в бывший Преображенский Приказ, но посадские люди пользовались в этом случае той привиллегиею, что посадский, сказавший слово и дело, прежде был допрашиваем в Ратуше и только тогда, когда объявлял о государственном преступлении или доносил на кого, был отправляем в Тайную Канцелярию или же Преображенский Приказ.

Слово и дело было, как видно, в сильном ходу в Кунгуре в 1720, 1730 годах и до самого уничтожения слова и дела по Манифесту Петра III, 21 февраля 1762 года, хотя никто не доказал из Кунгурцев ни на кого в государственных преступлениях. Чаще всего слово и дело означало обвинение во взятках, разбоях и подлогах, но во всяком случае кунгурский застенок и палачи не были без дела…

Народ, как видно, не понимал значения слова и дела иначе, как донос в государственном преступлении, и употреблял его кстати и некстати в пьяном виде, в злобе, или же, как это делали колодники, из желания продлить дело и отсрочить ожидавшее их наказание.

Прочие дела, касающиеся Пермской Провинциальной Канцелярии, это – указы по разным предметам, следственные, явочные дела, инструкции, тарифы и планы. Здесь говорим только о тех делах архива Губернского Правления, которые касаются Кунгура. Архив Пермского Губернского Правления, при его безопасном помещении, несмотря на пожары, особенно бывший в Перми в 1842 году, сохраняет многие важные факты, касающиеся края.

Желательно было бы, если бы этот архив обратил на себя полное внимание и был разсмотрен с учёной целию. Труд, конечно, громадный, требующий много времени, много усиленных занятий, но за то необходимый для края.

Обращаюсь к изданиям Императорской Археографической Коммисии. Здесь можно видеть только некоторые сведения о Кунгуре, а именно: в 1660 году царскою грамотою, от 3 октября, пермскому воеводе Степану Наумову велено было выдать кайгородцам подможные ямские деньги, собираемые на ямскую гоньбу с жителей Чердыни, Соликамска и Кунгурской слободы1; в 1661 г., 27 мая, послана к Наумову грамота о переводе на прежние тяглые участки чердынцев и усольцев, перешедших в Кунгур и Степаново городище, без обращения означенных участков в пользование другим лицам2.

Из этих документов видим, что первоначальный Кунгур, бывший в 17 вер. от нынешнего, назывался, кроме острожка, слободой и что первое его заселение было из тяглых людей, т. е. обязанных податями и повинностями.

Эти тяглые или податные люди, из желания избавиться совсем от податей, едвали не ушли сюда, на берега р. Кунгура, из Чердыни и Соликамска и, думая даже заслужить тем особую милость, основали на свой счёт укреплённый городок; но правительство велело таковых избывающих повинностей людей выслать на прежние места. Не знаем, успел ли воевода выполнить царскую грамоту, потому что вскоре после того, как мы видели выше, Башкиры и Татары, в 1662 г., разорили Кунгурский острог или слободу.

Первоначально, как видим, Кунгур был в зависимости от пермского воеводы, жившего в Чердыни (Великой Перми)1, но в 1675 г., когда Кунгур уже существовал на нынешнем месте, находился уже особый воевода, и царскою грамотою, 27 октября 1675 г., велено было кунгурскому воеводе Ивану Поливкину не давать новоприборным или вновь поступившим на службу стрельцам для учения казённого пороху и свинцу2.

Вот и всё, что находим в актах Археографической Коммисии, собственно о Кунгуре. В Археографической Коммисии находится 24 свитка актов кунгурских с 1668 по 1699 год, доставленных из бывшего Кунгурского Уездного Суда, но все эти свитки суть дела гражданские, уголовные, исковые, межевые и явочные, производившиеся в Кунгурской Приказной Избе, и все эти дела касаются наиболее Кунгурской округи или уезда3.

Из тех актов можно усмотреть однакож имена бывших в Кунгуре воевод, именно: в 1668 г. был воеводой Тимофей Тарасович Одинцов; в 1675 г. Фёдор Зелёный и Иван Поливкин; в 1686 г. Дмитрий Гладышев; в 1698 году Калитин (имя его не названо).

Для г. Кунгура в начале XVIII столетия должно быть памятно имя Василия Никитича Татищева. Татищев подавал голос за укрепление Кунгура, вокруг коего постоянно бунтовали и грозили городу Башкиры и Татары. Опасения Татищева оправдались не раз, а в особенности в Пугачёвский бунт, когда Кунгур выдержал напор шаек из инородцев, хотя и при участии можетбыть разного сорта бродяг и из Русских, но помимо всякого личного влияния Пугачёва…

Татищев заботился о проведении чрез г. Кунгур почтовой дороги. Дорога была и прежде, но считалась просёлочною; ею тихонько езжали купцы, чтоб не платить 10% пошлины с провозимых чрез Верхотурскую таможню товаров.

bogoyavlenski_88970-670-

Вид на город Кунгур и Богоявленский храм. Кунгур, архивное фото

Татищев открыл в 1721 г. в Кунгуре училище с целию приготовить людей годных для горной службы. В училище собирали умеющих грамоте детей приказных, духовных и прочих званий, и обучали закону божию, арифметике, геометрии и прочим горным делам, чистописанию, чтению и церковному пению.

Школой заведывал шихмейстер Одинцов; кроме его обучали священник и учитель чистописания; учеников велено было обнадёживать, что окончивший курс учения никогда не попадёт в солдаты, матросы или другие невольные службы. Сиротам и детям бедных родителей давалось по 1½ пуда муки в месяц и 1 рублю в год на платье; дети более зажиточных могли получать всё это тогда, когда начинали из арифметики учить тройное правило

В 1722 г. взято было 31 ч. учеников, но 14 отпустили домой за незнание грамоте. Мы уже говорили о давности кожевенного дела в Кунгуре. При Татищеве, в 1720 годах, оно является не слишком в обширных размерах; заводы принадлежали следующим посадским и выделывали следующее количество кож яловых, конинных и коры ивовой.

Чанов. Кож. Коры.

1) Кондратия Шаравьева 1 50 6 саж.

2) Артемия Шаравьева 1 15 4 –

3) Фомы Шахирева 1 2 2 –

4) Евсея Корякова 1 50 4 –

5) Агафона Терминова 1 4 – –

6) Никиты Щукина 1 4 – –

7) Наума Ферапонтова 1 10 2 –

Итого в 7 заводах в течении года 7 130 18.

Но сделав это невольное отклонение, о исторической судьбе Кунгура, возведённого на степень уездного города Пермского наместничества, возвращаюсь к хронологическому порядку.

Через два года после открытия Пермского Наместничества, 17 июля 1783 г. Кунгуру дан герб: в первой части его герб губернского города Перми, т. е. изображение медведя с евангелием, а во второй части – в голубом поле рог изобилия с сыплющимися из него колосьями разного хлеба, что означает плодородие вокруг города1.

В 1796 г., когда наместничество названо Пермскою губерниею, Кунгур остался по прежнему уездным городом2. В 1798 г. для удобности полицейского управления город разделён на две части: Нагорную и Подгорную, и потому в помощь городничему, для управления этими частями, даны два полицейских или квартальных надзирателя; город занимал тогда усадьбою 751 дес. 1249 кв. саж. В следующем году обнесён оградой собор и вновь выстроено 65 торговых лавок, дающих собору доходу 500 руб.

В 1824 г. июня 19 утверждён был 1 план Кунгура5, теперь же действующий дан в 1840 году, а ныне составляется новый план. В 1837 г., ноября 3, разрешено принимать в залог по казённым подрядам (на местные, впрочем, потребности) частные каменные дома крытые железом и черепицею и застрахованные в страховых обществах, ныне же имеется в виду разширить это право отдачи в залог кунгурских зданий и на все подряды и поставки; о чём представлено ходатайство в установленном порядке.

Ещё ранее, в 1836 г., указом 29 мая, по недостаточности городских доходов, велено отпускать из казны на содержание полиции 2000 р. в год6.

В настоящее столетие Кунгур украсился многими казёнными, общественными и частными постройками; сооружено вновь несколько каменных церквей: в 1838 г. на кладбище во имя Вознесения Господня с приделом св. Иоанна Златоуста; эта церковь приписана к собору; в 1847 году купец Пётр Степанович Фомин построил церковь всех Святых; в 1860 году почётный гражданин и 1 гильдии купец Павел Егорович Кузнецов – церковь Божией Матери «всех скорбящих радости», как мы говорили, на месте бывшей часовни; с 1825 года существовала женская община, ныне монастырь, а недавно здесь построена церковь Владимирской Божией Матери.

Говорят, что старинное кладбище было около собора или, правильнее, около Параскевинской церкви, которая, как безспорно полагают, существовала до основания города, когда ещё здесь было село.

Около собора нет и признаков кладбища, но когда указом Екатерины II, 24 декабря 1771 г., было воспрещено погребать при городских церквах или в черте города, то в Кунгуре, как и во многих местах, стали уничтожать признаки кладбищ. В это же самое время, а может быть и ранее, основано кладбище на выезде, где теперь церковь Иоанна Предтечи; но когда город увеличился, то в 1820 годах кладбище опять перешло на новое место и здесь теперь церковь Вознесения Господня.

По епархиальному управлению Кунгур с 1800 г. из Вятской причислен к открытой тогда Пермской епархии; с 1799 по 1853 год в Кунгуре помещалось Духовное Правление, переведённое сюда из Соликамска, ныне же Кунгур состоит в Пермском Духовном Округе и управляется благочинным из городского духовенства.

В 1848 г. в Кунгуре появилась эпидемическая холера. К сожалению, мы не имеем никаких фактов о ходе этой болезни, архивные же дела говорят нам только об административно-медицинских мерах, которые вообще тогда повсеместно предпринимались правительством, как-то: об учреждении лазаретов, о мерах против распространения эпидемии и т. д.

Между тем цифра заболевавших, выздоравливавших и умерших в течении хотя недели, пока свирепствовала эпидемия, была бы слишком важна для истории и медицинской статистики Кунгура. В кунгурском архиве мы не находим также сведений и цифр и о других бывших в разное время эпидемиях и о скотских падежах, тем более о бывших в XVII столетии.

Сведения о пожарах и эпидемиях для истории края важны не менее сведений о войнах, политике и т. п. В восточную войну 1853–1856 годов Кунгур, вместе со всей Пермской губерниею, участвовал в составлении ополчения, и во всех пожертвованиях, приносимых тогда всею Россиею.

В Пермском Кафедральном соборе хранятся знамёна пермского ополчения и в том числе знамя кунгурской дружины. Пермское ополчение, как и многие другие, не участвовало в делах против неприятеля по случаю заключения мира. Было бы желательно видеть имена участвовавших в кунгурской дружине гг. офицеров в соборе или в зале градской думы.

Об учреждении в Кунгуре больницы, училищ, библиотек в период от 1832 года до настоящего времени, также о общественном банке, учреждённом 30 июля 1862 года купцём 3 гильдии Степаном Осиповичем Фоминых, на пожертвованный им основной капитал 35 000 р., скажем после, при описании современного нам Кунгура, хотя все эти учреждения и относятся прямо к истории города, – но история всякого учреждения, всякого памятника сама собою выскажется при описании самого памятника.

Описание церквей и проч., без повторения того, что нами сказано, представит многие дополнительные известия к нашему настоящему очерку истории Кунгура.

Чтобы лучше понимать настоящее каждой местности, полагаем, нужно знать её прошедшее… Итак, сделав краткий очерк истории г. Кунгура, обращаемся к современному ныне Кунгуру, начиная с его топографии1.

(Пермские губернские ведомости. 1869. 1, 5, 8, 12, 15, 19 ноября)

Пермский край, город Кунгур

Сергей СиненкоПермский крайПосреди Россииистория,краеведение,малые города,Пермский крайГород Кунгур Пермской губернии. Архивное фото Пермский край, город Кунгур Выкладываю статью уфимского историка и краеведа Руфа Гавриловича Игнатьева 'Город Кунгур', опубликованную в 'Пермские губернских ведомостях' в 1869 г. (1, 5, 8, 12, 15 и 19 ноября). Поразительный был человек: и все архивы были ему известны, и все города Урала и...Башкирия - Башкортостан Оренбургская Челябинская Самарская Нижегородская Свердловская область Татарстан Удмуртия Пермский край Мордовия Чувашия Марий Эл